2015 год <<

Прошла любовь — ушла квартира?

Как нижегородка осталась с ребенком и без жилья

...До встречи с Иваном у Елены была собственная однокомнатная квартира на Московском шоссе — мама вложила последнее, чтобы купить дочке жилье. Сейчас молодая женщина с двухлетней дочкой мыкается по съемным углам и ищет справедливости где только можно.
«Я хочу, чтобы бывший муж вернул мне мои 2 миллиона 650 тысяч рублей, которые я выручила за продажу своего жилья, - говорит Елена. - Он и его родители выудили у меня эти деньги обманом, почти год кормят меня «завтраками» насчет покупки новой квартиры, а суд отказывается взыскать с них эту сумму. Нет расписки — нет долга. Но скажите, много вы знаете жен, которые берут расписки у своих мужей? У любимых мужей, которым полностью доверяют и от которых не ждут подлости?!..» Рассказываю эту драматичную историю со слов Елены.

«Беременна? Ха-ха»

Лена познакомилась с Иваном в 2010 году. Красивый парень со своим небольшим бизнесом. Быстро вспыхнуло чувство, по всем признакам напоминающее настоящую взаимную любовь. Через две недели Иван уже въехал в квартиру Лены, а через год они зарегистрировали брак.

Вскоре свекор начал убеждать меня продать мою квартиру и купить некую квартиру на Мечникова, чтобы он смог закрыть долги перед своими бизнес-партнерами, - рассказывает Елена. - Свекор был одним из трех владельцев этой квартиры — кстати, нежилой. Когда я им отказала, всё семейство не разговаривало со мной две недели. Это был первый звоночек. Мне еще тогда стоило задуматься, что это за люди, но все мы крепки задним умом...

Вскоре муж и свекры стали давить на Лену, что надо срочно заводить ребенка. Напрасно девушка говорила, что хочет повременить с этим — после окончания экономфака у нее пошла в гору карьера. Однако новая семья категорично настаивала на немедленном обзаведении потомством. И вот...

Через год после свадьбы муж ушел от меня. Ушел, потому что я сказала, что ему надо устраиваться на работу. Он перестал работать через полгода нашего знакомства. Но на мои претензии он сказал, что жить со мной не хочет. А через десять дней я узнала о беременности. Сообщила ему и получила СМС: «Ха-ха».

На этой почве у Лены произошел нервный срыв, и два месяца она безостановочно плакала. Хорошо, что окружили вниманием мама и подруги... А в сентябре она сильно заболела и приняла приглашение свекрови перебраться к ним в коттедж.

Я надеялась наладить отношения с мужем, - вспоминает Лена. - У меня в голове не укладывалась, что такая большая любовь, которую он ко мне демонстрировал, могла вдруг пройти, что человек может быть таким жестоким ко мне и своему еще не родившемуся ребенку...

Расписка от собственного мужа?

Вскоре муж заявил Елене, что от квартиры на Московском шоссе надо избавляться:
Там, мол, плохая аура. И вообще, скоро будет малыш, и нам нужно перебираться поближе к его родителям. В ноябре 2012-го я продала квартиру за 2 320 000 рублей и купила другую на улице Коминтерна — за 1 950 000. Ремонт я также делала за свой счет.

В марте 2013-го родилась Ника, и семейство, которое пока жило у свекров, переехало в свежеотремонтированную квартиру. Молодую мать вовлекли в новые «проекты» с недвижимостью. С ее недвижимостью.

Муж и его родители стали уговаривать меня продать и эту квартиру и построить дом на участке, который сестре Ивана — инвалиду - выделила администрация. Но строиться было не на что, а участок требовалось «застолбить». Меня убедили, что единственный вариант — я продаю квартиру и вкладываюсь в будущий дом. А они, как построят, оформляют его в собственность в равных долях мне и Ивану.

Первого июля 2014-го Елена продала квартиру на Коминтерна. Деньги — 2 650 000 рублей — она передала мужу прямо в агентстве, на глазах у риэлторов.

К тому моменту мы прожили четыре года, у нас был общий ребенок, поэтому у меня и мысли не было, что надо взять с собственного мужа расписку! - говорит Елена.

Бежать любой ценой!

Иван, Лена и маленькая Ника вновь вернулись в коттедж к его родителям. На участке по соседству началась стройка: вкрутили сваи, разровняли участок, поставили стены... Лена часто гуляла с Никой около будущего дома и мечтала о Прекрасном Недалеко.

А Иван приводил друзей и рассказывал им, что вот здесь будет наша спальня, здесь комната Ники, а здесь — комната Марка. Мы ведь решили, что у нас родится еще и Марк! А ровно через неделю после этого муж меня бросил, сказав, что не любит и никогда не любил.

Лене было некуда идти: жилья нет, на руках — дочка, сбережений кот наплакал... Ее никто и не гнал. Словами. А вот обстановка в доме накалялась.

Муж подолгу не появлялся, не приходил ночевать. По слухам, он вновь сошелся с прежней девушкой. А его родители начали меня всячески провоцировать и изводить. Кто знает — тот поймет. Потеряв на нервной почве восемь килограммов за месяц, я поняла: надо бежать любой ценой! И в ноябре 2014-го съехала с дочкой на съёмную квартиру. К счастью, у меня было 50 тысяч, и я смогла оплатить аренду за два месяца и оставить нам на еду.

Но это была временная мера. Елена рассчитывала получить обратно свои деньги, купить жилье для себя с дочкой и развестись с Иваном. И она начала переговоры с семьей мужа: чтобы возместили ей деньги или хотя бы написали расписку, что брали у нее эту сумму и обязуются вернуть. Но те отвечали, что расписку писать не будут, переживать ей не о чем («ты что, не веришь нам? Тебе нашего слова, что ли, мало? Ты не знаешь нас, что ли?»), и, конечно, они купят ей... аж двушку. Но – как только продадут дом. Жди. «Мы же порядочные люди!»

При этом они наотрез отказывались дать мне письменные гарантии, что купят квартиру или вернут деньги. Из чего я сделала вывод, что план у них — замордовать меня обещаниями и в дальнейшем держать на коротком поводке, держа у меня перед носом эту квартиру, как морковку перед носом ослика, чтобы бежал и не останавливался.

Конец завтракам

За осень-зиму 2014-15 было много встреч и разговоров по телефону. Лена вела диктофонные записи — запасалась вещдоками для возможного суда. Она до последнего надеялась, что его не будет. Но в мае 2015-го ей все же пришлось подать иск на неосновательное обогащение мужа.

Суд шел 2 месяца, я приводила свидетелей, у меня на руках есть все доказательства, что квартира была только моей собственностью, есть аудиозаписи, в которых он и его родители говорят, что строили дом на мои деньги. Но судья отклонила мой иск: нет расписки — нет долга. Муж ни разу не пришел в суд, а его представитель заявила, что они не брали у меня ни копейки и понятия не имеют, куда я потратила деньги... Я подала апелляцию, но 15 сентября облсуд оставил это решение без изменения.

Что сейчас? Елена и Иван в разводе, дом достроен и оформлен на сестру Ивана, но наша героиня по-прежнему не получила ни своих денег, ни обещанной компенсации в виде квартиры. Недавно Елена подала заявление в отделение полиции — уже по факту мошенничества и злоупотребления доверием. Но ей уже намекнули, что дело проигрышное...

По отношению ко мне и моему ребенку свершилась чудовищная несправедливость, поэтому я намерена идти до конца. Я целенаправленно предала эту историю широкой огласке на своей страничке в соцсети. Мне нечего стыдиться. Я стала жертвой непорядочных, мягко говоря, людей. За этот свой шаг я получила вызов в суд за клевету. Бывший муж, его сестра и родители требуют с меня по 100 тысяч на каждого! Но я уверена: справедливость восторжествует, ведь правда на моей стороне.

Комментарий юриста

Елена Никоненкова, директор юридической фирмы «Прецедент»:
К сожалению, за мою практику таких историй было очень много. И если отношения займа между" родственниками" никак не оформлялись - суд не мог принять другого решения, это было бы прямым нарушением закона, поскольку наличие долговых правоотношений могут быть подтверждены ТОЛЬКО договором. Изначально идти с иском о взыскании денег было бессмысленно.

Единственное, что приходит в голову (при наличие свидетельских показаний и каких-то других фактов, подтверждающих передачу денег), пойти с иском о признании права или доли в праве на строение. Однако шансы здесь 50/50, все зависит от доказанности факта передачи денег и последующей их реализации в строительство дома.

Уголовное дело, скорее всего, также окажется безрезультатным с точки зрения привлечения родственников к уголовной ответственности, поскольку состав мошенничества предполагает наличие умысла на невозврат - и то при доказанности получения денег родственниками. Однако уголовное дело могло бы собрать какие-то доказательства по факту получения денег и их последующей судьбы с целью использования их при признании права собственности в гражданском суде.




Copyright © 2008-2019. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 1.75 Mb