2015 год <<

Безъядерная зона Веды Ливадоновой

Щенок большой пиренейской горной собаки – размерами похожий на теленка.

Годовалый чихуа-хуа.

Три котика «в беде».

Попугай Карелла.

А вот сколько детей у Веды Ливадоновой и Валерия Смирнова, сказать трудно. Точно – девять. А все, что выше – величина плавающая. Сегодня в доме девять детей, завтра двенадцать, послезавтра – одиннадцать...

У Ливадоновой в городе неоднозначная репутация. Одни считают ее нарушительницей законов и чуть ли не захватчицей чужих детей. За спиной у Веды – несколько судов. Другие видят в ней подвижницу. Чуть ли не героиню. Человека редкой способности к любви и состраданию, которому есть дело до любого живого существа, попавшего в беду.

Сама Веда не считает себя ни нарушительницей, ни героиней. Говорит, что просто объявила свой дом безъядерной зоной и живет по «человеческим» законам. А вот насколько просто по ним жить, судите сами...

Барышня и хулиганы

Началась эта история, как минимум... век назад. Когда прадед Веды избрал преподавательскую стезю. Следом за ним в педагогику пошли дед и бабушка, а затем и родители Веды. Они первые в семье начали работать с детьми, которых принято называть «трудными». И хотя Веда была единственным ребенком в семье, она ощущает, что выросла среди многочисленных братьев и сестер.

В нашей двенадцатиметровой комнатушке всегда кто-то жил, кроме нас троих, – вспоминает Ливадонова. – Бывает, придет «трудновоспитуемая» девушка переночевать, да так и остается на месяц-другой – ее родители выгнали, не справились, а мои подхватили. Или мама другого воспитанника приведет, который только что с девушкой расстался, готов жечь-резать-крушить. Поживут они у нас – и их словно подменяют: бросают пить-курить-бродяжничать, начинают стихи писать, по дереву вырезать, в походы с нами ходить. Оказывается, что большинство «трудных подростков» – хорошие люди, на самом-то деле...

Эти «чудесные перевоплощения» не были временным «просветлением». Большинство тех ребят встало таки на путь истинный.

Переехав в новую квартиру, я для них сохранила номер, что был у нас в прежней квартире все эти 30 лет, – говорит Веда. – И те самые парни и девчонки – сейчас им по 45-50 лет – звонят до сих пор. Моей мамы уже нет с нами – так мне звонят, папе. Один парень кондитером стал, два – дальнобойщиками, третий давно ушел в монастырь, чтобы замолить многочисленные грехи юности.

Общение с «трудными» подростками не вызвало у Веды желания повторить их «подвиги».

У меня с пеленок – масса конструктивных интересов, хулиганить было некогда, – улыбается Ливадонова. – Я играла на скрипке, пела, с пяти лет ходила в цирковую студию. Была глубоко читающим ребенком. Помню – во втором классе сразила учительницу тем, что моя любимая книга – «Страдания юного Вертера».

Первый пошел!

Веда училась на третьем курсе театрального училища, когда узнала о том, что беременна. Ей было всего семнадцать, но у нее не было ни малейшего сомнения, что она будет рожать. Ее поддерживал и 19-летний отец ребенка. Они поженились, и на свет появился сын Артур. Сейчас ему девятнадцать, и он получает «фамильную» профессию – коррекционного педагога-психолога.

А в 19 лет у Веды родилась дочь Алиса. Сейчас девушке семнадцать, и она учится на педагога – хореографа.

– С первым мужем мы прожили всего два года, юношеская влюбленность переросла в доброе товарищество, – говорит Веда. – Но он, как и все его родственники – всегда желанные гости в нашем доме.

А потом Веда встретила нынешнего мужа – Валерия Смирнова.

– После рождения дочки я устроилась арт-директором в клуб. Валера был приглашен дизайнером интерьера. И вот смотрю я на него и думаю: откуда же я тебя знаю? И вдруг вспомнила! Оказывается, я впервые увидела Валеру в десять лет, в спектакле театра «Вера» – «Над пропастью во ржи»...

Валерий и Веда вместе уже 16 лет. От этого союза родились двое сыновей. Старшему, Тимофею сейчас двенадцать лет. Он пошел по стопам отца и уже шестой год учится на хореографическом в театральном училище. У него множество наград за победы на российских и международных конкурсах.

Даниэль младше брата на полтора года.

Даничка – наверное, самый необычный ребенок в семье, – рассказывает Веда. – Вот уже два года убежденный вегетарианец. Когда ему говорят: «что же ты ничего не ешь?», он отвечает, что никого не ест. Спросишь его: «Даня, расскажи, какой ты человек»? Он плечами пожмет: «Я просто за мир и любовь». Каждый день Даниэль молится за всю нашу семью, соблюдает посты, учит нас терпению и миролюбию.

Поцелуй в пятку

К 26 годам у Веды было четверо детей, и расширять семейство в обозримом будущем они с Валерой не планировали. Но человек предполагает, а бог располагает.

...Как-то подруга Веды, работающая в доме малютки, рассказала, что им привезли очень проблемного мальчика – дагестанца-полукровку. У Олега были астма, порок сердца, пневмония, только что перенес остеомиелит. Мальчик постоянно задыхался, отекал, синел. Уснуть мог только в вертикальном положении...

– Когда я увидела его фото, то сразу поняла, что эти большие черные глаза должны светить в нашей семье! – говорит Веда.

Но усыновить Олежку было нельзя, можно было лишь взять под опеку. И то со скрипом – органы опеки опасались отдавать ребенка с таким букетом болезней, страхуясь от частых в подобных случаях возвратов. Да и метраж жилья предполагаемых опекунов (тогда Веда, Валерий и их четверо детей жили в двушке) не соответствовал нормам. Много порогов пришлось пообивать Веде, доказывая серьезность своих намерений. И тут на сцене словно добрая фея появилась… Елена Ефимовна Дейч, руководитель отдела образования Ленинского района.

Это была не первая наша встреча, – вспоминает Веда. – Елена Ефимовна была директором школы, где я училась. Невероятно сильная и мудрая женщина! Как она пела под гитару афганские песни! Очень харизматичная личность – ее любили все ученики без исключения. И вот новая встреча. Я чуть ли не на колени перед ней встала, чтобы нам отдали Олега. И Елена Ефимовна пошла на это. Мы по сей день вспоминаем ее добрыми словами. Елена Ефимовна, родная, спасибо за Олежку!

«Новый» сын скорректировал обычную жизнь семьи. Веда и Валерий записали всех детей в бассейн, и сами записались – Артур и Алиса уже вовсю плавали с нарукавниками, но все равно – пятеро детей на дорожке, глаз да глаз нужен. К трем годам астмы у Олега уже не было. Сам собой «рассосался» и порок сердца. А потом выяснилось, что у парня талант к танцам. Сейчас Олегу десять лет, пару лет назад он вместе с Тимофеем и Даниэлем завоевал первое место на всероссийском конкурсе танцев «Виктория».

Думаете, бассейн его вылечил? – улыбается Веда. – Нет, любовь. Родитель может «забегаться» и не сразу увидеть дырку на колготках, но любить он не должен переставать ни при каких обстоятельствах, ни на секунду. Сильно занят, работаешь за компьютером, не можешь сейчас поговорить по душам – просто поцелуй. В плечо, в ухо, в пятку. Куда достанешь...

Слово, на которое нельзя не отозваться

Как-то друг семьи – батюшка – рассказал Веде, что недавно крестил годовалую девочку. Ее принесла в церковь прабабушка, чтобы потом, уже крещеную, передать в детдом: мать ребенка лишена родительских прав, а самой прабабушке быть опекуншей уже не под силу.

– Он дал прабабушке наши телефоны, сказал, что детдом не выход, пошутил, что у нас девчат недобор, – улыбается Веда. – А я, как услышала о Марте, не могла спокойно думать о ней, зная, что ее ждет. Но нас уже семеро, а живем мы в по-прежнему в «двушке»... И все же я поехала повидаться с Марточкой. Она встретила меня возгласом: «Мама!» У меня не осталось никаких сомнений... Когда ребенок говорит «мама», нельзя не отозваться.

Сейчас Марте восемь лет, она хорошо поет и рисует. Учится неважно, но...

Мы не требуем от детей высших оценок, – говорит Веда. – Может, это будущий Айвазовский растет, а я ее буду ломать из-за «троек» по математике. Подтягиваемся потихонечку, без насилия над личностью. Я сама с алгеброй не очень дружила, но это не помешало мне состояться как человеку, женщине, матери.

...Как-то в подъезде, где жили Веда и Валерий, умерла очень старенькая бабушка – опекунша 11-летней правнучки Вики. Но забрать под опеку девочку было нельзя – из-за недостаточного метража «двушки».

Немножко везения, и выяснилось, что для нас существует альтернатива – гостевой режим, – рассказывает Веда. – Это такой особенный режим для терпеливых, для тех, кто верит и готов ждать, пока жилищные условия семьи не улучшатся. Так и Вика ждала маму-Веду, которая однажды заберет ее «насовсем», а пока приезжала в свою «будущую» семью на выходные.

И они дождались друг друга – мама и дочка теперь навсегда вместе.

Цыганочка с выходом

Потом в «интернациональной» семье Ливадоновой и Смирнова (Алиса – частично кореянка, Артур – наполовину еврей, Олег – полудагестанец, Марта – украинка) появилась цыганочка Изабелла. По мне, так по этой истории запросто можно снимать мелодраму.

Итак… Жила-была цыганочка. Случилось так, что ее совсем малышкой отобрали у кочевавшей матери и поместили в детдом. Когда она подросла, случилась у нее, неопытной несовершеннолетней девочки, большая любовь, а потом еще одна... Так появилось на свет четверо малышей. Один за другим.

– Теперь они – частые гости в нашей семье, – говорит Веда. – Иногда живут у нас месяцами, называя «мамой» и «папой». Ну и правильно. Если ты читаешь сказки на ночь, кормишь с ложечки и вытираешь носы – кто ты после этого? Или мама, или папа, без вариантов...

Вот тут Веда задумалась и через пару минут продолжила:
– Подождите клеймить и осуждать «неблагополучных» матерей! Вы росли в детском доме? Вы знаете, что это такое? Именно благодаря нашей системе ценностей и получаются маленькие «детдомовские» мамы. Это мы не усыновили этих «мам», когда они, отказные, ждали нас. Это мы не научили их получать знания, работать, прокладывать дорогу в жизни.

Нас – много, их – мало, но что мы, благополучное большинство, сделали, чтобы стало меньше детей без мам?!..

Вот и получается, – продолжает Веда. – Отказные дети рожают детей, которые тоже родят и откажутся… Это замкнутый круг, из которого им кто-то должен помочь выйти. Наследственность в данном случае не играет роли – даже отказник в третьем поколении, выросший в полной замещающей семье, не оставит своего малыша в детдоме…

Но вернемся к истории с цыганкой-детдомовкой. Как-то она сказала Веде: я беременна, это уже пятый ребенок, пусть он растет в твоей семье? Веда ответила: «Конечно» и повела ее вставать на учет в женскую консультацию. Потом были партнерские роды, и на свет появилась Изабелла.

Установить опеку над ней было сложно, ведь у Изабеллы не было статуса отказника. Сначала мы не понимали – как оформить документы, не помещая ее в детдом? – рассказывает Веда. – Поэтому долгое время Изабелла жила у нас в статусе «неоформленной опеки». Но сейчас мы можем выдохнуть – мы таки справились с бюрократической системой, все документы в порядке, маленькая Изабелла теперь полноправный член нашей большой семьи. И мы всегда рады принять погостить ее старших братиков!

«Мы тебя обе любим, обе...»

Вскоре после рождения Изабеллы жизнь свела Веду с еще одной «не вполне благополучной мамой». Тоже выпускницей детдома, но коррекционного.

– Мы несколько лет помогали ей растить старших детей, а самую младшую она нам и вовсе из роддома принесла, как аист – «растите, говорит, как свою, не нужна она мне», – рассказывает Ливадонова. – Малышку мы назвали Юноной и полюбили. Да, почти три года были сложности с оформлением опеки, но теперь все позади: Юна – наша дочка «в законе».

Веда не любит рассказывать о судах, в которых ей нет-нет да и приходится участвовать – из-за приемных детей. Но о тяжбе с био-мамой Юноны она все же нам поведала:
Мы с ней до суда «додружили». С посторонней помощью, разумеется – желающим «помочь неблагополучным родителям восстановиться в правах» не всегда известна полная картина. Берутся помогать, не разобравшись. Зато от души! Как говорится, причиняют добро. Но даже вопреки таким «помощникам» нам удалось сохранить Юну в семье и остаться при этом людьми, не опустившись до скандала.

Семья Ливадоновых-Смирновых, можно сказать, уникальна. Но не тем, что в ней много детей. А в том, что если двери этого дома открываются для ребенка, то открываются они и для его биологических родителей, а также их бабушек, теть и дядь.

Что связывает «неблагополучных» с «благополучными»? Общие дети, – объясняет Веда. – Сначала они росли у них, потом у нас. Хотим мы этого или нет, но судьбы уже переплелись. Рубить этот гордиев узел – бесчеловечно и глупо: опекаемые дети все равно узнают о своих биологических родителях, и это будет для них шоком. Поэтому, если ты готов принять в семью ребенка, будь готов и к тому, что в твоей жизни через некоторое время «образуются» и его родственники.

Веда не проводит черту между «хорошей» собой и «плохой» матерью, бросившей ребенка:
Что тебе стоит сказать: «Сынок… да, мамы бывают разные. Бывают биологические, бывают приемные. Но мы тебя любим, обе. Просто одна – не умеет много заботиться, а другая – может и делает».

Жизнь по человеческим правилам

Дом Ливадоновых-Смирновых не затихает практически ни на час. До глубокой ночи бренчат гитары, работает микшерский пульт, слышны звуки флейты и фортепьяно. Кто-то репетирует танец, кто-то распевается, кто-то играет с собакой или беседует с попугаем. Небольшая «передышка» – с двух до четырех ночи, и дом снова начинает оживать. Когда ложится спать Веда – как многие творческие люди, она работает за компьютером допоздна – Валера уже идет варить себе утренний кофе.

– В нашей семье верят в чудеса, – смеется Веда. – А как может быть иначе, если вам звонят с известной радиостанции, чтобы сообщить, что дарят машину!

Это первое чудо. А второе махом решило судьбу сразу нескольких детей, на которых долгое время невозможно было оформить опеку. Благотворительный фонд Олега Кондрашова выхлопотал для семьи просторную – 120 квадратных метров – квартиру в новостройке.

– Сотрудники фонда за долгие годы стали нам, пожалуй, ангелами-хранителями, – не скрывает признательности Веда. – Это они не испугались нашей запутанной истории с документами детей, терпеливо вникая в суть наших проблем, помогли разобрать все по полочкам. Это они ходили с нами за руку по всем инстанциям, добиваясь жилья. Директора фонда Оксану Дектереву мы благодарим каждый день и каждый его час! Раньше мы думали, что администрация города не видит «маленьких людей», но наша история убедила нас в обратном.

Будет ли еще расширяться семейство?

– Если судьба даст – конечно, – говорит Веда. – Никому не будет дано больше, чем ему положено. У меня есть замечательный смысл жизни – дети, и если его станет больше – ничего страшного. Я любима и люблю. А то, что любовь – это в первую очередь, работа – для меня не новости. Работа по дому, работа над собой... Много интересной, нужной работы.

На случай, если в семье еще появятся дети, Веда с Валерием уже готовят «запасной аэродром». Чтобы воплотить в жизнь свою давнюю мечту о детском доме семейного типа.

– Мы купили земельный участок в километре от города, муж сам выкопал котлован, залил фундамент, построил первый этаж – в одиночку. Да, продолжать строительство денег пока нет, но мы помним, что чудеса периодически происходят в нашей жизни, поэтому верим и ждем чуда, которое помогло бы нам закончить строительство. Продолжаем работать в полную силу. В планах – построить трехэтажный дом на 480 квадратных метров и собрать в его стенах семью побольше – и двадцать, и тридцать детей. Тем более, у нас уже подрастает новое поколение педагогов – Артур и Алиса.

...Кто она? Нарушительница законов? Подвижница?

Если человек в беде – я не думаю о том, насколько мои действия находятся в правовом поле, – говорит Веда. – В критической ситуации я соблюдаю человеческие правила. Я не романтик. Я знаю, что не бывает «беспроблемных» приемных детей, отчасти потому, что эти дети пережили много бед. Можно часами рассказывать «страшные истории» из их жизни, но я хотела бы об этом помолчать. Из такта и сочувствия ко всем, кто принимал участие в этих драмах. Правых и виноватых в них нет, пострадавшие уже не страдают, все уже давно стало историей. Конечно, мы помним «больное» прошлое, но… не живем им. Живем – тем счастьем, что есть у нас сейчас... Мир вам и вашему дому.

Советы от Веды (подвеска)

Будьте детям друзьями. Доверяйте им в полной мере – они ответят вам тем же. Нельзя использовать тайны, которые вам доверил ребенок, как рычаг воздействия. Вы же не потерпели бы подобного по отношению к себе? Дружите честно.

Не будьте занудным морализатором. Вы лучший друг своего ребенка, а друзья не «заедают» советами. Если вам доверяют, то вашего совета обязательно спросят. Тогда можно аккуратно высказать свое мнение.

Не добивайтесь авторитета насилием. Он достигается естественно – путем общения терпеливого с нетерпеливым, опытного с новичком, любимого с любящим.

Не думайте, что ваш ребенок «еще глупенький». Иногда наши дети могут понять больше, чем мы с вами, поскольку у них нет такого количества клише, как у взрослых.

Не ругайте, а помогите разобраться. Пример – Олежка наш упрямым растет. Иногда на ровном месте, что очень мешает – в первую очередь, ему самому. Но мы его не ругаем. Бывает, сидим вечером бок о бок и рассуждаем: упрямство – хорошо это или плохо? Да, хорошо, потому что это настойчивость, целеустремленность. Но и плохо, потому что без гибкости жить трудно. И вместе приходим к выводу: упрямство надо направить в конструктивное русло – для достижения трудных целей, например.

Не «загибайте» детей. То есть, не ломайте, не гните через коленку. Да, с личностями всегда сложнее, чем с «усредненкой», но мы же людей растим, а не свое самомнение и удобство. Сломанный ребенок, стремящийся оправдать ожидания родителей, стать для них «удобным», никогда не вырастет в счастливого взрослого.

Не требуйте от детей только хороших оценок. Прислушивайтесь к потребностям ребенка, его наклонностям, задаткам, помогайте ему развивать именно их. Каждый имеет право быть успешным, это окрыляет. Мы разные, соответственно и высота достижений у каждого индивидуальна. Завысишь ребенку планку – занизишь его самооценку.

Не отдавайте детям «всю свою жизнь». Часто мы слышим: «я тебе всю жизнь отдала – карьеру не построила, друзей лишилась, мужчину не завела, а ты мне что сейчас?» Как бы это ни звучало, но ваши дети не просили, чтобы вы их рожали. Да, дети – жертвенность, многодетность – многожертвенность, но если вы личность – любите себя и не ограничивайте свою жизнь только детской тематикой. Если вы человек с богатым внутренним миром, то это вызывает уважение не только у посторонних, но, в первую очередь, у ваших домашних.

Призовите ребенка в союзники. Например, у вас дома десять разновозрастных ребятишек, и все они в разном расположении духа. Половина из них занята – играючи разносят только что наведенный вами порядок, вторая половина скучает и прикидывает, не присоединиться ли ей к первой? Вам нужно приготовить обед и накормить их. И попытаться сохранить остатки уборки.

Что же делать? Встать посреди комнаты и сказать: «Дорогие дети! У меня отличная идея – сегодня обед готовите вы сами. Уверена, мне понравится то, что вы приготовите. Идеи приготовления принимаются и обсуждаются, советы дам, помочь готова». В итоге… да, обед слегка задержится, но его точно все съедят – вкусно то, что сами приготовили. Да, будет больше шума-гама на кухне, но опыт совместной работы бесценен.

Если ребенок или взрослый грубит, он это делает не потому что он «плохой», а потому, что ему плохо. Ругань – это признак бессилия, это не человек кричит – это кричит его отчаяние.




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb