2010 год <<

Высоцкого довели до смерти «демоны»

В безвременной кончине барда скандальный художник обвиняет Евтушенко, Рязанова, Вознесенского, Ахмадулину и Окуджаву

Владимир Высоцкий

Незадолго до смерти легендарного барда эпатажный художник Сергей Бочаров запечатлел его с петлей на шее и в окружении «лучших друзей» - Евгения Евтушенко, Булата Окуджавы, Эльдара Рязанова, Андрея Вознесенского и Андрея Дементьева. Вот уже 30 лет маэстро свято верит в то, что именно эти люди стали для Высоцкого злыми демонами, подтолкнувшими его к безвременной смерти.

- Всё его окружение страшно ревновало его к невероятной любви народа, - говорит художник. - Они не могли простить Высоцкому, что он поистине народный поэт, вели себя с ним высокомерно, считая его творчество балаганом. Вместо того, чтобы поддержать Высоцкого, они травили и унижали его. А после смерти вмиг стали его «лучшими друзьями».

«Вот тебе банька по-черному, пьянь!»

художник Сергей Бочаров

- В 1978 году я, 25-летний студент, увидел Высоцкого на Мосфильме, и предложил создать его портрет. Ещё в Сибири, в старообрядческой деревне Серединке, где я вырос, я вывешивал динамик на фасаде избы и крутил первые любительские записи Высоцкого для всех жителей. Тогда я даже не допускал мечты о встрече с этим великим человеком... Владимир Семенович согласился, но все запланированные сеансы были провалены — он попросту на них не явился, - рассказывает Сергей Бочаров. - Я был молод, и Высоцкий относился ко мне пренебрежительно. Но я был настойчив. С холстом и этюдником караулил его после спектаклей, концертов, киносъёмок. Даже в другие города за ним ездил! Постепенно Высоцкий становился более мягким и отзывчивым. Через несколько месяцев он уже сам приезжал ко мне на сеансы в коммунальную квартиру, где я снимал комнату.
Ужас состоял в том, что я всегда жил на птичьих правах, а Высоцкий во время сеанса любил громким зычным голосом петь одну и ту же песню «Протопи ты мне баньку по-чёрному». Однажды моя соседка, буфетчица Раиса Петровна подкараулила Высоцкого в коридоре и начала бить мокрой половой тряпкой по его необыкновенной кожаной куртке. Я всем телом закрывал Владимира Семеновича, но она упорно пыталась угодить грязной тряпкой ему в лицо. И при этом кричала: «Вот тебе, банька, пьянь, вот тебе банька!». Я защищал его: «Это же великий Высоцкий! Гамлет!» На что Раиса Петровна отвечала: «Какой это Высоцкий? Это же пьянь!» Тогда я не понимал, почему Владимир Семенович ведёт себя как алкоголик, но при этом у него нет запаха изо рта. Уже по прошествии многих лет мы узнали, что он был наркоманом.
Я написал с натуры около 30 сеансов. Пока он позировал, мы говорили о театре, кино, живописи, актёрах, поэтах, Сибири. Иногда он неожиданно поднимался, делал стойки на руках и отжимался. Выглядел Высоцкий глубоко больным человеком. Лицо было опухшим, к концу дня его энергия полностью угасала, глаза были отрешённые, а на последних сеансах они словно смотрели внутрь себя, что говорило о приближении смерти.
Бывало, когда я звонил Высоцкому, чтобы договориться об очередной встрече, его мама говорила мне в телефонную трубку: «Ты послушай…» И я слышал дикий страшный крик - как будто бы раненого кабана… И тогда мама Владимира Семеновича вздыхала: «Какое уж тут рисование…»

«Друзья» не простили народной любви

Сначала на портрете не было никаких «демонов», - продолжает Бочаров. - Я написал их за несколько месяцев до смерти Высоцкого, весной 1980 года. Увидев это, Владимир Семенович насторожился. Он вообще был очень осторожным человеком и страшно боялся изображённых людей, поскольку от них зависела его судьба и карьера. Он попросил меня их затемнить, чтобы они не бросались в глаза. Каждый раз он просил затемнить их ещё больше…
Высоцкий страстно мечтал о том, чтобы его стихи опубликовали, и именно от этих людей, занимавших высокие должности, зависело: быть этому или нет. Но отказ следовал за отказом. Владимир Семенович не понимал, почему его никто не хочет печатать. Ведь все его песни проходили ту же цензуру перед выпуском и пластинок, и фильмов. А не публиковали его потому, что этому всячески противодействовали его «друзья»-поэты.
Как-то во время моей выставки в редакции журнала «Юность» я подвёл Владимира Семеновича к главному редактору Андрею Дементьеву и дал ему тетрадку, в которой Высоцкий сам, своей рукой, написал лучшие, по его мнению, стихотворения. Я попросил Дементьева напечатать в «Юности» что-нибудь из этой тетрадки. Высоцкий стоял рядом, но был перепуган и сконфужен, и все твердил, что это не его, а моя идея. Дементьев снисходительно похлопал его по плечу и отошёл. Ни одной строчки из этой тетрадки, ни самой тетрадки я больше не увидел...
Люди, которых я изобразил как демонов Высоцкого, никогда не помогали ему, а лишь травили и унижали. Каково же было моё удивление, когда после его смерти все они оказались в числе его «лучших друзей»! Естественно, когда я выставил портрет Высоцкого, все они отнеслись к моему видению их в роли «демонов» отрицательно. Но чем больше времени проходит, тем больше я убеждаюсь в своей правоте. Если бы я писал эту картину сейчас, то удавку, которую они затягивают на шее у Высоцкого, я бы сделал уже не из верёвки, а из цепи.

Держался поближе к большим деньгам

Высоцкий оставил у меня впечатление большого любителя хорошей одежды, прекрасных машин (у него единственного в СССР в те годы был «Мерседес») и вообще, красивой жизни. При этом, у него были демократические убеждения в современном понимании этого слова. Думаю, что если бы Высоцкий был жив сейчас, то он оказался бы в демократическом лагере, поближе к большим деньгам. Он и в друзья себе старался подбирать людей богатых, которые могли его спонсировать. Чтобы пробиться в кинематографе, зачастую использовал влияние и славу Марины Влади. Как-то, будучи на спектакле в театре на Таганке, я услышал разговор Марины Влади с Эльдаром Рязановым. Она предлагала Высоцкого на роль Сирано в новом фильме. Владимир Семенович при этом молча стоял рядом.
Потом, когда Рязанов так и не взял его в фильм, я спросил Высоцкого: «Что это вас Эльдар Рязанов так подводит, подставляет?» Но он принялся его оправдывать: мол, Рязанов хотел, да Госкино не утвердило. Это была ложь от первого до последнего слова. Митта захотел утвердить Высоцкого — и утвердил!
Многие считали Высоцкого жадным, но в моей практике это был единственный человек, который за портрет моей работы заплатил две цены — 400 рублей вместо запрошенных мной двухсот. В 1998 году я за 30 тысяч долларов выкупил портрет на аукционе в Париже(его выставила Марина Влади — Авт.). Сейчас он находится в моей коллекции.
Высоцкий получал большие «левые» заработки с концертов, а после турне по Америке заработал колоссальную по тем временам сумму – 36 тысяч долларов (с его собственных слов). Привёз всем знакомым подарки, а мне – кожаную куртку, которую я не мог позволить себе носить, и сдал в комиссионку за 800 рублей. Всегда давал мне контрамарки на свои спектакли. Так что он однозначно был щедрым человеком.

Досье

Сергей Бочаров родился в 1953 году в Новосибирской области. Член Союза художников и Союза кинематографистов России. Обладатель трех международных премий Гран-При за картины. Пикассо подарил ему собственный рисунок с подписью: «Лучшему рисовальщику моего любимого Советского Союза». На открытии персональной выставки Бочарова в Администрации Президента в 2005 году Дмитрий Медведев сказал, что никогда еще эти стены не видели такой великолепной реалистической живописи. Бочарову позировали Паваротти, Брежнев, Джанни Версаче. Известен скандальными политическими полотнами «Рвущийся к власти. Портрет Горбачева», «Цирроз печени. Портрет Ельцина», «Урок анатомии доктора Владимира Владимировича Путина», «Кремлёвская баня».

Кстати

Скандальная история вышла у Бочарова с модельером Джанни Версаче. Он изобразил кутюрье на голубом диване, с оголенной нижней частью туловища, лицом к публике, на фоне «тылов» скульптур Дионисия, Апполона и Вакха. Именно в таком виде, без брюк и трусов, модельер явился на первый сеанс позирования. В следующий сеанс Версаче пришел уже в штанах, но Бочаров отказался что-либо исправлять в картине.
За портрет художник запросил 4 тысячи долларов, но Версаче отказался. Когда через три года кутюрье согласился выложить эту сумму, Бочаров заявил ему, что теперь полотно стоит уже 10 тысяч долларов. На что Версаче обругал художника русским идиотом. Бочаров поклялся, что модельер никогда не получит этот портрет ни за какие деньги.
После гибели кутюрье Бочаров выставил портрет в Госдуме. Картину увидели представители бутика Версаче в Москве, и предложили художнику сразу две цены. Он не согласился. Тогда сестра покойного Донателла предложила Бочарову за портрет 25 тысяч долларов. Но маэстро заявил, что Версаче мертв, а этот портрет - единственный с натуры, и попросил за картину сто тысяч или трехкомнатную квартиру в сталинском доме в центре Москвы, так как Бочаров считает, что в таких домах должны жить только патриоты, любящие Сталина, а сейчас эти квартиры оккупировали ненавистники Сталина, что несправедливо.
После длительного торга Донателла согласилась купить Бочарову «сталинку». Но, привезя портрет в итальянское посольство, художник объявил, что обещал ни за какие деньги не продавать его, и слово свое сдержит.




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb