2009 год <<

«Первым электронным музыкантом в СССР был... Ленин»

Известный джазмен Сергей Летов – о тайне смерти брата Егора, убийственном гламуре и судьбе русских рокеров.

Джазовый музыкант Сергей Летов – старший брат легендарного лидера панк-группы «Гражданская оборона» Егора Летова. Недавно Сергей в очередной раз навестил Нижний – а он нередко участвует в музыкальных проектах киноцентра «Рекорд» – и высказал немало интересных мыслей о влиянии радиации на вдохновение, причинах недолголетия русских рокеров и торжестве гламура как национальной идеи.

Изобретателя «космического» инструмента посадили на 20 лет

Сергей и Егор Летовы
Сергей (слева) и Егор Летовы

– Сергей, говорят, вы играете и на инструментах собственного изобретения...

– Когда в начале 80-х я начал выступать, мне рассказали о Викторе Лукине, известном музыканте панк-джаза. Он сам изготовлял разнообразные флейты и кларнеты. И вот я тоже стал делать инструменты такого рода. На меня тут же посыпались вопросы: «А что это за велосипедный насос у вас на сцене?» А это никакой не насос, а примитивный кларнет, который я сделал из алюминиевой трубки, купленной в «Детском мире». В эту трубку я вставил мундштук от тенор-саксофона. И получился инструмент с необычным звуком — напоминает и дудук, и саксофон, и кларнет.

– Сейчас все больше музыкантов переходит на электронные инструменты. Это хорошо или плохо, как вы думаете?

– Действительно, сейчас наступила пора электронных инструментов. И я начал использовать электронный духовой инструмент, который играет в паре с ноутбуком. Но я заметил, что такая музыка звучит как-то … мертвенно. Какие бы невероятные звуки ни производил электронный музыкальный инструмент, через пару минут у слушателя теряется впечатление яркости. Возможно, в звуке электронного инструмента отсутствуют какие-то частоты, трогающие человеческое сердце. Чтобы эти инструменты достигли уровня живых, нужно, чтобы музыканты работали в связке с конструкторами.

– А это не фантастика?

– Это в нашей стране между людьми искусства и людьми техники лежит пропасть. А в США уже в 50-х годах существовало общество инженеров в поддержку искусства. Многие интересные западные музыканты работают в паре с инженерами. И в нашей стране был период, когда искусство и техника шли рука об руку — в 20-30-е годы прошлого века. Ведь первый электронный музыкальный инструмент — терменвокс – был изобретен в России! Кстати, Ленин брал уроки у создателя инструмента Льва Термена и с удовольствием музицировал в Горках! Мало того, Владимир Ильич заказал у него для республики 200 терменвоксов, чтобы их осваивал пролетариат.

– Ну, раз сам Ленин был в восторге... А как хотя бы выглядит этот терменвокс?

– Это такая коробочка с двумя антеннами. Положение одной руки в пространстве определяет громкость, другой руки — высоту. Звук извлекается движением рук в пространстве. Этот инструмент часто используется в фильмах о космосе. Сейчас самой выдающейся исполнительницей на терменвоксе считается внучатая племянница Термена – Лидия Кавина. В прошлом году мне довелось с ней выступать в Лондоне... Что касается самого изобретателя, то в 20-х он уехал в США, дружил с Эйнштейном, входил в клуб миллионеров. А потом его выкрала НКВД и последующие 20 лет он провел в лагерях, изобретая... подслушивающие устройства.

Получили радиацию — стали... музыкантами

– Сергей, ваши родители не имели никакого отношения к музыке, а вы с братом выросли музыкантами. Что за аномалия такая?

– Моя мать родом из Семипалатинска. Взрывной волной от ядерных испытаний у нашего дома срывало крышу и выбивало стекла. Люди выходили на улицу и рассматривали облако причудливой формы — в виде гриба. У всего населения Семипалатинска раз в полгода брали кровь на анализы, а после испытаний принудительно собирали овощи на огородах — до прохождения радиоактивных дождей. Бабушка очень ругала военных: она не понимала, почему она должна срывать зеленые помидоры. Ядерные испытания в атмосфере прекратились за месяц до моего рождения. Но еще будучи нерожденным, я получил приличную дозу радиации и все детство не вылезал из больниц. Игорь (настоящее имя Егора Летова — Т.К.–С.) тоже был чрезвычайно болен — у него недостаточность поджелудочной железы. На моей памяти он перенес 14-15 клинических смертей...
Есть и еще одно объяснение этой «аномалии», почему мы оба стали музыкантами. За месяц до рождения моего отца умер его дядя Федор Летов, деревенский гармонист. Моего отца решили назвать в честь этого всеобщего любимца. Видимо, это и предопределило дальнейшую судьбу нашей семьи. Родители купили мне пианино и отдали в музыкальную школу. Поначалу мне не нравилась это долбежка, и я сбежал в новосибирскую физико-математическую школу-интернат. А там вдруг затосковал по пианино и понял – хочу стать музыкантом.
Из Новосибирска я стал привозить пластинки своему брату Игорю , и он, будучи первоклассником, начал учиться играть на акустической гитаре. Потом я уехал в Москву, купил свой первый саксофон, а через несколько лет ко мне на житье перебрался и Игорь...

– Как родители могли отпустить подростка на житье в Москву?

– Брат был довольно трудным в быту человеком. А тут еще и возраст подростковый... Родители от него рыдали и писали мне письма: «Сергей, забери его к себе». Например, его мог довести до белого каления работающий телевизор. Советскую пропаганду он воспринимал как вражескую. А наш отец был в армии политработником...

– Мне все время было интересно, где Егор набрался этой оппозиционности?

– А он по жизни был такой: всегда против. До 1991 года он был против советского режима, после 1991 – против нынешнего. Настоящий рокер! А у меня в 80-е годы были патриотические убеждения, так Игорь называл меня фашистом, и мы одно время даже не общались. А бывало, что общались очень тесно, и я каждую неделю получал от него по письму на 5–6 страниц. Но потом переписка прервалась — с Игорем боролся КГБ, его даже помещали на принудительное психиатрическое лечение... А потом брат словно прозрел. Он сказал мне, что понял: оппозиция — это такая же власть, как и официальная. Только одни играют рыжего клоуна, а другие — белого. Доброго следователя и злого. И за происходящее в стране оппозиция ответственна не меньше, чем официальная власть.

– Почему Егор вернулся в Омск?

– Чтобы создать «Гражданскую оборону». Его интересовало признание масс, и он стал играть молодежную музыку. А меня не раз «прорабатывал» за элитарность. Он говорил: «Как ты можешь играть спектакль в зале на 45 мест? На меня собираются стадионы! Хорошая музыка должна нравиться всем». Я спорил: «Значит, выходит, лучший музыкант — это Киркоров?» Обычно на этом месте мы ругались и какое-то время не общались. Наша последняя ссора случилась за четыре года до его смерти.
Поссорились мы заочно. У нас была договоренность, что в апреле я приеду в Омск помочь в записи его нового альбома. А у меня как назло, возникли трудности с финансами. И я написал ему по электронной почте, что приеду в Омск, если он оплатит мне авиабилет. Игорь, видимо, страшно на это обиделся. С тех пор мы не разговаривали...

Егор увозил из Москвы по 30 кило книг

– Сергей, ваш брат вел «рокерский» образ жизни?

– Рок-музыкант как живет? Выпил, познакомился с девушками, а лучше — с двумя, в экстазе поломал на сцене инструмент... А Игорь, когда приезжал в Москву, первым делом шел в книжный магазин и увозил в Омск 20-30 килограммов книг. А потом месяцами сидел дома, читал книги и сочинял новую музыку.

– В своих интервью он не раз говорил, что принимал наркотики...

– Я ни разу этого не видел. Я знаю, что пару раз он пробовал ЛСД, но это не было системой. Алкоголь — вот что было его проблемой. Я впервые услышал об этом году в 1996-м, когда его администратор сказал: «Сергей, надо что-то делать». Потом года через два ко мне с той же просьбой обратился его издатель: «Ты единственный, кого Игорь послушается». И я боролся. Насильно кормил таблетками... Не получилось.

– До сих пор нет ясности, что же стало причиной смерти Егора. По одним данным, из-за отравления алкоголем у него развилась легочная и сердечная недостаточность. По другим — он во сне захлебнулся рвотными массами...

– У меня есть только версии, которые я ничем не могу подкрепить, поэтому предпочту о них не распространяться. Но мой отец уверен, что если бы Игорь взял его к себе при переезде на новую квартиру — а это произошло за пару месяцев до смерти — трагедии бы не случилось. Ведь отец всегда за ним следил и если что, вызывал «скорую». За полгода до смерти, летом 2007 года, у Игоря были проблемы с остановкой дыхания. Врачи его реанимировали дыханием «рот в рот» и стимуляцией сердца.
...Знаете, что я думаю о череде смертей среди рокеров? Причина этого — в их невостребованности. В 80-е годы эта музыка была нужна всем. Была иллюзия, что рокеры живут вместе со своим народом. В 90-е годы эта иллюзия стала проходить, а в 2000-е стало совершенно ясно, что народ выбрал гламур, как русскую идею. А то, что делают рокеры, нужно только маргинальным слоям общества. И началось... Болезни, суициды, несчастные случаи. В 1996 году от редчайшей болезни — саркомы сердца — скончался Сергей Курехин, легенда русского рока. Я тут посчитал, из «Поп-механики» умерло треть музыкантов! Из «Веселых картинок» – тоже была популярная группа — тоже умерло восемь человек из девяти! Такое черное крыло смерти...
Но виноваты ли рокеры в этом? Нет. Рок-культура настроена на интенсивный темп жизни, и в нашей стране несовместима с гламуром. Американские рокеры на сцене провозглашают одно, а живут совсем по-другому. А наши рокеры, к сожалению, все понимают буквально. Свобода, равенство, братство — так вот оно! Жить быстро, умереть молодым — пожалуйста! Только вот в «Роллинг Стоунз» все живы до сих, а большей части наших, более молодых, рокеров уже нет...

Фото из архива Сергея Летова.




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb