2009 год <<

Хирург из ННИИТО оживил "мертвую" кисть

Для этого (хирургу) Олегу Носову пришлось освоить профессии математика, компьютерщика и конструктора

Когда у 30-летней жительницы Саранска Ольги появилась небольшая припухлость в области предплечья, женщина не обратила на это особого внимания. Но когда однажды не смогла согнуть руку в запястье, поспешила к врачу. Диагноз был неутешителен: остеобластокластома лучезапястного сустава. Ситуацию усугубляло то, что опухоль росла не по дням, а по часам, шаг за шагом разрушая костную ткань.
Традиционное лечение в таких случаях предусматривает удаление пораженного участка. Да, опасность для жизни устранена, но человек становится инвалидом, поскольку утрачивается функция кисти. После такой операции Ольга уже не смогла бы держать в руке ложку, зубную щетку, писать, вязать, готовить… К счастью, на помощь пациентке вовремя пришли врачи Нижегородского научно-исследовательского института травматологии и ортопедии (ННИИТО).

Заграница не поможет? Сделаем сами!

- Мы осмотрели Ольгу и решили взяться за новую для нас задачу – избавить пациентку от опухоли и сохранить ей функции пораженного кистевого сустава, - рассказывает заведующий микрохирургическим отделением, кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник Олег Носов. – Для этого мы должны были сделать пациентке две операции. В ходе первой удалить пораженный опухолью участок кости и заместить дефект так называемым слейсером – прототипом будущего искусственного сустава. Но чтобы восстановить утраченные функции кисти, нужна была еще и вторая операция – по замене слейсера протезом лучезапястного сустава.
Здесь сделаем небольшое отступление. Дело в том, что несведущий человек может задаться вопросом: и всего-то дел – установить протез? А что в этом такого сложного? Сейчас в России, слава Богу, эндопротезирование освоили. И врачи толковые появились, и протезы имеются – импортные подороже, отечественные подешевле.
Однако сложность Ольгиной ситуации состояла в том, что эндопротеза лучезапястного сустава, в котором она так нуждалась, в России не достать. Да, из-за границы нам активно везут эндопротезы тазобедренного сустава, чуть поменьше – коленного, еще поменьше – плечевого, локтевого… А вот лучезапястные протезы импортного производства в России не прошли сертификацию, а, значит, завозить их к нам нельзя. Своих, отечественных, тоже нет. Безвыходная ситуация? Как оказалось, нет.
- Поскольку ННИИТО является научно-исследовательским институтом, никто не запрещает нам самим разрабатывать и создавать модели эндопротезов, - продолжает Олег Носов. - И хотя это для нас была абсолютно новая задача, мы с коллегами решили за нее взяться. Очень хотелось помочь пациентке!

Смастерил протез по картинкам из зарубежных журналов

И вот Олег Борисович засел за зарубежные медицинские журналы. Если нет возможности увидеть и пощупать «живой» протез лучезапястного сустава, то надо хотя бы хорошенько рассмотреть его на картинках!
Когда определился с конструкцией, потребовалось рассчитать параметры протеза. Ведь это довольно сложная конструкция, состоящая из нескольких частей. Но как провести расчеты и сделать чертеж? Да, Олег Носов – прекрасный хирург, но не математик же и не конструктор! Пришлось по своим каналам искать человека, владеющего компьютерным математическим моделированием. К счастью, такой спец нашелся, и под чутким руководством Носова рассчитал математическую модель протеза.
И вот на руках у Олега Борисовича – готовый чертеж. Остается только найти предприятие, которое взялось бы за изготовление единичного заказа. Не сразу, но такое в Нижегородской области нашлось. Сначала было сделано несколько пробных образцов из алюминия. Один за другим, хирург накладывал их на рентгеновский снимок кисти пациентки, выверяя конструкцию до десятой доли миллиметра. И вот оптимальные параметры найдены. А, значит, можно делать «настоящий» протез – из титана.
Вся эта работа – от задумки до того момента, когда он смог взять в руку готовый протез - отняла у хирурга около полугода. И все это время Ольга терпеливо ждала операции, которая вернула бы ей подвижность кисти.
- Вот уже два года, как пациентка здорова, - Олег Борисович не скрывает радости. – Она регулярно приезжает из Саранска на осмотры – протез стоит как влитой. Конечно, для таких больных существуют определенные ограничения: по физической активности, ношению тяжестей. Также нужно беречь руку от ранений. Но мне кажется, эти ограничения – ничто по сравнению со счастьем управлять своим телом и жить полноценной жизнью!
Подобную помощь Ольга не смогла бы получить больше нигде в России. Только в ННИИТО. Конечно, можно было бы прооперироваться в клиниках США или Европы, но стоило бы это не меньше 6-7 тысяч долларов. Ольга же – рядовая россиянка со средним уровнем дохода.
- Олег Борисович, во сколько же, если не секрет, ей обошлась высокотехнологичная помощь и индивидуальный подход? – интересуюсь у хирурга.
– Пациентка не заплатила ни копейки. Она получила высокотехнологичную помощь абсолютно бесплатно, по государственной программе, - заверяет Олег Борисович.

Спас от инвалидности трех молодых отцов

С тех пор Носов разработал и установил индивидуальные эндопротезы лучезапястного сустава еще троим пациентам. Все они – 30-40-летние мужчины из дальних уголков нашей области. Все заняты на физической работе, у всех семьи, не по одному ребенку. Инвалидность для них стала бы большой жизненной драмой.
Причем, для последнего пациента пришлось разрабатывать особенно сложную конструкцию – опухоль поразила значительную часть лучевой кости.
- Олег Борисович, получается, если бы не вы, то эти пациенты стали бы инвалидами? – спрашиваю хирурга. - Да, индивидуальное протезирование - единственный для них шанс сохранить функции кисти.
- Но тогда почему государство лишает таких больных шанса на спасение? Почему нельзя завозить лучезапястные протезы из-за рубежа, и наши врачи должны создавать их сами чуть ли не на коленке?
- Ну, во-первых, потребность в таких протезах в сравнении, например, с тазобедренными относительно низка. Во-вторых, для онкологических больных типовые протезы не подойдут. Ткани у всех поражены по-разному, поэтому и протез требуется строго индивидуальный.
Вообще, Носов – не сторонник закупки эндопротезов за рубежом, как это происходит сейчас. Хирург недоумевает: зачем мы кормим западного производителя, когда можем сами выпускать продукцию ничуть не хуже, а по стоимости - дешевле? Благо технологии обработки металла у нас есть, производство тоже можно наладить. Только вот высокоточные станки пока придется приобретать за рубежом…
- Кстати, лучезапястные протезы – это спасение не только для онкобольных, - продолжает наш собеседник. - Их можно устанавливать и пациентам с травматическими повреждениями кистевого сустава, больным с ревматоидным артритом.
После первых успешных операций Носов с коллегами решили запатентовать свою разработку. Официально она звучит так – «Технология лечения пациентов с опухолевым поражением кистевого сустава с применением индивидуального эндопротезирования». И если разработка будет одобрена, новый метод можно будет внедрять и в других российских клиниках.




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb