2008 год <<

Компьютерщик из Сормово ушел в монастырь

Мать юноши развелась с мужем и тоже собирается постричься в монахини.
…Когда туристический теплоход пристал к острову Валаам, с трапа сошел молодой человек с небольшим пакетом под мышкой. Постоял на берегу, посмотрел вдаль – туда, где виднелись золотые купола Спасо-Преображенского монастыря. Обернулся на теплоход, вздохнул и зашагал по направлению к обители. На судно он больше не вернулся...

Гибель друга сделала другим человеком

- Денис пришел к нам на теплоход, когда мы стояли в Питере, - рассказала знакомая бортпроводница. – Худощавый, невысокий, лет 22-х, не больше. И очень тихий, скромный. Он сказал, что ему очень надо попасть на Валаам, но денег на билет у него нет. Объяснил, что собирается остаться в Валаамском монастыре. Нас так растрогал этот юноша, что мы ему тут же и местечко нашли, и поесть собрали. Но к блюдам из нашего ресторана он даже не притронулся, все грыз какое-то свое печенье типа сухариков и молился. А спустя примерно полтора года жизнь свела меня с некой Людмилой Петровной, моложавой, энергичной сормовичкой средних лет, музыкальным работником детсада. Едва разговор зашел о семейном, о личном, глаза женщины увлажнились: - Сын, сын… Да, у меня есть сын. Но он сейчас на Валааме, а это все равно, что у меня его нет…
Оказалось, что Людмила Петровна – мать того самого Дениса. С большим трудом мне удалось вытянуть из женщины рассказ о том, что подвигло юношу на столь неординарный шаг.
- Папа у нас бизнесмен, живем в достатке, - поведала собеседница. - Сын ни в чем не знал отказа: у него были и модная одежда, и дорогая техника, и хорошие карманные деньги. А на 18 лет отец подарил ему иномарку.
Денис вел легкомысленную и даже разгульную жизнь. С такими же, как и он, сыновьями обеспеченных родителей ночи напролет пропадал в ночных клубах, потом до утра гонял по городу на машине. Поступать в вуз он категорически отказался, зато сам освоил компьютер и стал неплохим спецом по «железу».
Все переменилось в один день. Друг Дениса разбился насмерть, на большой скорости возвращаясь на машине с ночных развлечений. Этот удар судьбы словно отрезвил парня. Он напрочь забыл дорогу в «злачные места». Зато зачастил в церковь.

«Удержишь в миру – заплачешь кровавыми слезами»

Вскоре Людмила Петровна заметила, что сын ходит в храм каждое воскресенье, потом – дважды, трижды в неделю… В доме появилась религиозная литература. А вскоре Денис записался в воскресную православную школу при одном из нижегородских храмов, и у него появился духовный наставник – отец Павел.
Так продолжалось два года. И вот как-то молодой человек за ужином объявил родителям:
- Я решил уйти в монастырь.
Отец треснул кулаком по столу и в бешенстве вышел из кухни. Мать сначала оторопела, потом разрыдалась. Но Денис был тверд.
Встречи с отцом Павлом участились, зато с отцом они вовсе перестали разговаривать. Бывший партийный работник не только не желал понять сына, он едко высмеивал его, обзывая «иисусиком». А в том, что Денис выбрал такой путь, обвинял жену – не досмотрела, не искоренила вовремя религиозную «заразу». Людмила Петровна металась между мужем и сыном. В общем, семейство разругалось вдрызг.
В то памятное лето она, прежде не отличавшаяся особой набожностью, отправилась в паломничество по монастырям. Имела беседы с мудрыми священнослужителями, один из которых ей сказал:
- Не препятствуй, смирись. Сейчас ты плачешь обычными слезами, а удержишь его в миру, в юдоли греха – заплачешь слезами кровавыми.
После того разговора в раздерганной душе Людмилы Петровны все встало на свои места. Она поклялась себе, что поймет и примет все, что бы ни сделал Денис. А муж как хочет.

Мирские соблазны не оставляют в покое

И вот 22-летний Денис оказался на Валааме, и для него начался путь послушания. Сначала его отрядили в монастырскую трапезную, потом перевели на тяжелую физическую работу – корчевать пни, расчищать площадку для очередного огорода. Контакты с родителями практически сошли на нет. Игумен не благословлял активную переписку, а встречи с матерью позволял не чаще раза в год. А встречи эти были такие:
- Из-за монастырского забора я долго наблюдала за сыном – он как раз работал в огороде, - рассказывает Людмила Петровна. – Потом набралась решимости и подошла к нему. Говорили недолго. Денис сухо, как-то отрешенно сказал, что у него все хорошо, со здоровьем порядок и развернулся, чтобы уйти. «Сыночек, не уходи! Я столько проехала, чтобы увидать тебя!» - бросилась я за ним. Но он решительно меня остановил: «Мама, мне надо работать».
Конечно, мирские страсти временами искушали послушника Дионисия. Однажды, спустя два года нахождения на Валааме, парень крепко загулял, встретив на прибывшем теплоходе знакомых. Выпил, остался ночевать на судне...
Результатом этого загула стало удаление в один из пяти скитов монастыря – Никольский, в полутора километрах от центральной обители. Там в обществе еще пяти братьев Дионисий живет уже два года.
- Этим летом его благословили съездить в Нижний, - рассказывает Людмила Петровна. – Дали месяц. Так он едва пробыл здесь две недели. С прежними друзьями – ничего общего. Один уже дважды развелся, бросил двоих детей, другой «сидит». С мужем мы развелись, он Дениса знать не хочет. В общем, сын уже отвык от мира, не по себе ему у нас…

«Он уже не вернется в мир»

Что ждет Дениса, если все-таки он примет монашество? О строгости устава Валаамской обители ходят легенды. Правила равны для всех двухсот насельников - от игумена Панкратия до новичка-послушника. Никому не разрешено иметь личной собственности, деньги выдаются по благословению игумена и строго под отчет.
День для насельников монастыря начинается полчетвертого утра, когда удары колокола созывают братьев на богослужение. Затем следуют утреня, часы и Божественная Литургия, которая заканчивается в начале девятого. После утреннего чая и краткого отдыха братия отправляется на труды послушания. Работы много – у монастыря свой флот, гараж, ферма, конюшня, кузница, мастерские, сады, пекарня, мини-молокозавод...
В час дня все собираются в трапезной, в пять совершается вечерня, затем – ужин и повечерие с присовокуплением трех канонов и Акафиста. В начале девятого братья расходятся по кельям. В девять часов вечера после удара колокола начинается час безмолвия, во время которого иноки совершают келейное правило, состоящее из Иисусовой молитвы и поклонов.
- Думаю, теперь уже все безвозвратно: Денис больше не вернется в мир, - говорит Людмила Петровна. – И я для себя уже решила: как только сын пострижется в монахи, я сделаю то же самое…




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb