2006 год <<

Смерти дай ...пинка!

Журналист «НР» общался с людьми, которые чудом выжили в экстремальных обстоятельствах. Знаменитая песня военных лет «Землянка» трогала наших бабушек и дедушек до слез: «До тебя мне дойти нелегко, а до смерти четыре шага...».
В мирное время здоровые люди редко задумываются о смерти. Невдомек нам, что и сегодня она проходит совсем близко, зачастую лишь чудо спасает нас от трагедии. Некоторым же довелось встретить костлявую, можно сказать, лицом к лицу и остаться в живых. Журналист «НР» общался с такими экстремалами. Вот что они рассказали.

«Блуждал по лесу 15 часов»

Евгений Люлин, спикер ОЗС:

-Лет шесть назад я серьезно заблудился в лесу. Увлекся грибами, а потом понял, что сбился с дороги. Для начала посидел, покурил. Ни часов, ни компаса у меня не было. Погода в тот день была хмурая – по солнцу определить что-либо было невозможно. Пошел в направлении, которое мне показалось правильным. Но через 4 часа почему-то вернулся на то же самое место. Что делать?
Стал вспоминать, где север, где юг. Смотреть по коре, по мху. Все, чему нас еще в школе учили, вспомнил. Но, если честно, плохо это помогает. Мне, по крайней мере, не помогло. Из леса я выбрался чисто случайно. Я знал, что главное – не ходить по кругу, а идти прямо. Вот так и шел, пока вдруг не увидел полосу деревьев, высотой чуть пониже, чем все остальные. Догадался, что здесь когда-то была дорога. И пошел по этой полосе. Самое главное было – ее не потерять. Конечно, мой маршрут был длинный, зато надежный, и через несколько часов я вышел к какой-то деревне. Спросил у первого встречного: «Где сельсовет?» А куда же еще обращаться за помощью? В сельсовете очень удивились, когда узнали, откуда я пришел. Ведь в лес я зашел в Семеновском районе, а вышел за 50 километров от того места в Городецком. Проблуждал больше 15 часов. Но в сельсовете меня успокоили: некоторые у них и по два-три дня плутали, и даже были случаи, что совсем не выходили...

«Чуть не умер от передозировки наркотиков»

Артемий Троицкий, редактор-основатель русскоязычного издания «Плейбой»:

-В 1981 году у меня была клиническая смерть от передозировки наркотиков. То, что я остался в живых, был единственный случай из миллиона. Просто именно в тот момент, когда у меня остановилось сердце и дыхание, в дверь моей квартиры позвонили и появилась бригада врачей скорой помощи, которых никто не вызывал. Оказалось, что это просто мой друг Валера Лелеко от нечего делать решил заехать с бригадой ко мне выпить водки. Он тогда был врачом на «скорой». Приехали выпить водки. а нашли бездыханное тело. Если бы не эта случайность, меня бы уже 24 года не было в живых.

«Дополз и сказал: «Принимайте труп»

Валерий Шамшурин, писатель, краевед:

-Однажды я чуть не замерз. Дело было в Сибири, куда меня занесло работать после окончания университета. После одного особенно долгого совещания решил дойти до райцентра пешком. А очень устал, не ел весь день... Обессилел. Привалился к стожку и чувствую: становится мне тепло и хорошо. И тут же мозг пронзила мысль: замерзаю. Понял: «Все, хана», сбросил лыжи и пополз, как Маресьев, по снегу. Еле-еле дополз до ближайшей фермы и сказал: «Принимайте труп».

«На нашу машину наехал автобус»

Анатолий Козерадский, депутат Госдумы:

-Несколько лет назад я провалился в полынью. Пошел на рыбалку по первому дьду. Сказался, наверное, мой вес. Он ведь побольше, чем у других... Как выбрался? Я теоретически знал,как вылезать из полыньи. Не карабкаться, а повернуться несколько раз корпусом, для того чтобы откатиться. К сожалению, когда люди попадают в такие ситуации, они просто не знают, что делать. Да, много в моей жизни было неприятных моментов...Когда мы были на одном из больших совещаний в Сарове, машина, на которой мы ехали с Александром Батыревым, попала в серьезную аварию – на нас наехал автобус. Но Бог нас сберег.

«Меня поминали четыре раза»

Владимир Кавуненко, легенда отечественного скалолазания, покоривший Кавказ, Алтай, Тянь-Шань. Именно ему Юрий Визбор посвятил свою широко известную песню «Вот это для мужчин – рюкзак и ледоруб»:

-Я всю жизнь ходил по лезвию бритвы. Меня поминали четыре раза! Первый раз свечи за упокой моей души друзья поставили в 1963 году, когда на Кавказе произошло сильное землетрясение. В это время я со своей группой был на маршруте, который мы заявили на первенство СССР. Заночевали под «карнизом». И когда началось землетрясение, все, что повалилось вниз, пролетело буквально мимо наших глаз. А мы пересидели опасность под «крышей». Но связь с землей, тем не менее, была нарушена. Вот и решили, что мы погибли...
Второй раз меня поминали, когда был на спасработах в Перу. Там было сильнейшее землетрясение, погибли 80 тысяч человек. Когда настало время улетать, нашу группу буквально за полчаса до вылета перевели с «Антея» на другой самолет. А наши вещи оставили там. Каков же был ужас наших близких, когда они узнали, что «Антей» бесследно пропал! О его судьбе до сих пор ничего не известно...
Третьи поминки случились, когда в 1963 году я сорвался с высокой горной стены в Болгарии. У меня было 17 переломов, тем не менее я был жив! Но пока я лечился в Болгарии, в Союзе прошла информация, что я «улетел» с концами. И вот что поразительно: когда меня, всего в гипсе, везли в Московский ЦИТО, наша машина попала в аварию. Никто серьезно не пострадал, а я получил новый перелом ключицы и повторно сломал загипсованную ногу.
А в четвертый раз меня поминали, когда в нашу палатку на Кавказе влетела шаровая молния. Нас на эту гору провожал Юрий Визбор. Он, по-моему, вообще ясновидящий. Он говорил: «Володя, куда вы лезете, вы там можете погореть». Вот и погорели. Ночью в палатку влетел фосфорический шар размером с теннисный мячик. И принялся нас всех по очереди жалить. Боль была невероятная, как будто меня жгли электросваркой. Я получил восемь ожогов четвертой степени – потом перенес несколько операций по пересадке кожи. Сильно пострадали и мои товарищи. А один погиб – молния «укусила» его в солнечное сплетение.
Обычно интуиция подсказывает мне, что впереди опасность. Однажды мы делали сложное зимнее восхождение на одну из кавказских гор, и я вдруг почувствовал: надо вернуться. Но это была наша пятая попытка восхождения, и я к своему внутреннему голосу не прислушался. В общем, через час я «улетал» вместе со снежным карнизом в несколько тонн снега. Слава Богу, у моего напарника хватило ума прыгнуть в противоположную сторону, в бездну, и мы, как весы, повисли на веревках. Потом кое-как подтянулись, выкарабкались наверх и спаслись. Но были буквально на волосок от гибели.

«И вдруг рядом с грохотом пронесся КамАЗ...»

Андрей Ильин, актер, выпускник Горьковского театрального училища:

Это случилось, когда я уже месяц водил машину. Поехал на съемки в Орехово-Зуево. Дело было ночью, шел сильный ливень,стекла немного запотели. В моей машине сидели очень известные артисты. Поворот. Я посмотрел налево – никого нет. Направо – то же самое. И я уже практически нажал газ... Но что-то меня смутило, и я опять глянул направо. И вдруг с грохотом мимо меня пронесся КамАЗ. Мне стало плохо. Потом уже в гостинице мой товарищ-актер спрашивает: «Андрюш, а ты эту машину справа видел?» Я ему: «Да успокойся Валера, конечно, видел». Но заснуть не мог до утра. Меня это настолько потрясло! В эту ночь я понял, насколько мы все беззащитны...

«Чуть не повторил судьбу Чапая»

Олег Гринин, экс-нижегородский, а ныне – московский банкир

-Это случилось шесть лет назад на Ветлуге. Я даже запомнил, что это было 15 апреля, в день крушения «Титаника». Только что сошел лед, вода была градусов 5-6. Нас было шестеро, мы отправились на лодке пострелять по уткам. Плывем спокойно, вдруг кто-то из нас кричит: «Утка!». Мы с криком «Где?» дружно бросаемся на один борт лодки и переворачиваемся!
Ширина Ветлуги в этом месте – около 80 метров. Мы оказались где-то посередине. На мне – тяжелые ватные штаны, фуфайка, болотные сапоги и ружье. Намокшая одежда тянет ко дну, ружье мешает работать руками. Говорят, что в критической ситуации, как мультфильм, в голове проносится вся жизнь, Так было и у меня. Я уже стал выбиваться из сил, захлебываться и решил: надо бросать ружье. И в этот момент вижу: товарищ, который плыл метрах в пяти впереди меня, уже встал на ноги. Нам повезло, в этом месте оказался пологий берег. Я собрался с последними силами, сделал несколько вымученных движений и наконец-то понял: под ногами твердо! Никто из нас не заболел. Правда, выплыв на берег, мы залпом выпили по стакану водки, чего я раньше никогда не делал. А потом шутили: «Титаник» не дожил до утра 15 апреля, а у нас все обошлось».

«Хотели похоронить заживо»

Татьяна Акатышева, наша читательница

-Моя мама умерла, когда рожала меня. Отцу-вдовцу пришлось тяжело с пятью детьми и мной, младенцем на руках. И вот старушки-сектантки, которые тоже хлопотали на похоронах мамы, сказали отцу: «Кирилл, что ты будешь делать с новорожденной? Она, если и выживет без матери, все равно останется несчастной, страдать всю жизнь будет». Отец ответил: «Делайте что хотите». И вот старушки напоили меня чем-то сонным и положили на грудь матери – и обеих отпели за упокой. Стали выносить гроб, и отцу кто-то сказал: «Кирилл, возьми ребенка из гроба, она еще живая, грех на тебе будет непростительный». Тут отец всю толпу растолкал, покрыл старушек матом, схватил меня из гроба и унес домой. Разогревал меня своим телом. Перед своей смертью папа сам рассказал мне эту историю и попросил у меня прощения.




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb