2001 год <<

Гулий Ходырева: "Удивилась, когда меня назвали губернаторшей"

...Договариваясь об интервью с женой губернатора Гулий Ходыревой, я думала, что встречу она мне назначит где-нибудь в кремле. Каково же было мое удивление, когда она предложила мне встретиться … у памятника Горькому! "Видимо, придет с телохранителями", — решила я, с неудовольствием представляя, как два дюжих детины будут час-полтора стоять у нас над душой. Но...

"Геннадий Максимович от телохранителей отказался"

— Как? Вы ходите одна, без охраны? — было первым, что у меня вырвалось, едва Гулий Иргашевна появилась в условленном месте.

— А что в этом удивительного? Кстати, и Геннадий Максимович от охраны отказался. Ребята, которые раньше охраняли Склярова, приходили к нам в штаб еще перед инаугурацией. Такие огромные! Я в шутку говорю Геннадию Максимовичу: "Ходырев, я уже четыре года выполняю роль твоего охранника!" (Смеется.) Правда, зачем ему охрана? Он что, наворовал миллионы?

— Вы совсем недавно в Нижнем Новгороде. Появились ли уже у вас приятельницы, с которыми можно кофе попить, поболтать? Или ваше новое положение обязывает вас все держать в себе?

— Мы с Геннадием Максимовичем настолько довольны обществом друг друга, что ни он, ни я не ищем каких-то других контактов. Есть у нас хорошие добрые приятели. Но сказать, что у нас с кем-то особенно близкие отношения — этого нет.

— Словом, вы ведете затворническую жизнь?

— Да нет, я бы так не сказала. Недавно к Геннадию Максимовичу приезжал из Краснодара его родной брат, так мы с удовольствием гуляли все вместе по Покровке. И к нам подошел молодой человек, уставился на Геннадия Максимовича и говорит: "Что?! Живой? Не верю! Дай руку пожму". Мы с мужем и дочкой любим ходить в кино — в городе три комфортабельных кинотеатра. Правда, оставляет желать лучшего качество фильмов...

"Мы получали радость от общения"

— Гуля, о вас известно многое, но по сути — не известно ничего. Не возражаете, если мы совершим небольшой экскурс в ваше прошлое?

— Я родилась недалеко от Самарканда, в Большом Кургане. Мама работала инженером на масложиркомбинате, а папа был архитектором этого городка. Потом мы переехали в Ташкент. Это очень красивый город с большими широкими проспектами, фонтанами, высокими зданиями — настоящая столица Средней Азии! А ташкентское метро — самое красивое метро в мире! В городе очень чисто, а в автобусе, не дай Бог, если мужчина не уступит место женщине! И, конечно, никакого мата, пьяных. Вот что хотелось бы изменить в России — так это безделье и пьянство. Мы ездили с Геннадием Максимовичем по селам, деревням, и я одного не могла понять — ну почему с утра нужно встать и выпить и целый день потом ничего не делать? Почему нельзя засучить рукава и поправить покосившийся забор, привести в порядок свой дом, двор?

— Да, любовью к бутылочке русские на весь мир "славятся". Но неужели на вашей родине совсем нет такой проблемы?

— Я помню, когда мы собирались в Ташкенте большой семейной компанией, так у нас на 20 человек была 1—2 бутылки шампанского! Мы получали радость не от вина — а от интересного общения, прекрасно приготовленного плова, сладкого винограда...

— А сейчас вы держите дома спиртное?

— Алкогольные напитки дома есть, но мы их не употребляем. Держим на случай гостей.

— А что, если не секрет, в вашем домашнем баре?

— Хороший коньяк, хорошая водка, шампанское, французские и грузинские вина — те, в качестве которых мы уверены.

— Гуля, говорят, вы даже своего родного языка не знаете.

— Да, действительно, не знаю. Я и в детский сад ходила "русский", и в школу, и даже в институт поступила с преподаванием на русском языке... У меня нет национальности. Я советский человек. Моя Родина — Советский Союз.

— А вообще, узбеки — какие они?

Узбек никогда никому не будет жаловаться на свои беды. При встрече узбеки спрашивают друг у друга: "Как дела? Как здоровье? Как мама? Как папа? Как сестра? Как брат? — это уже как бы скороговорка. И в ответ он всегда услышит: "Спасибо за заботу, все хорошо". Гостеприимство у узбеков — редкое! А вот в делах иногда встречается некоторая необязательность. Если узбек сказал: "Хоп майли!" — т. е. "Ладно! Конечно!" — это еще ничего не значит.
Кстати, о гостеприимстве. Как-то 9 мая к нам в дом пришли двое мужчин. Ни о чем их не спрашивая, мы тут же накрыли стол: орехи, кишмиш, восточные сладости. Пьем чай, разговариваем. Свекор меня тихонечко спрашивает: "Гуля, это к тебе?" Я говорю: "Нет, я думала, это к вам". Мы осторожно начали их расспрашивать, и выяснилось, что они просто перепутали адрес и к нам зашли по ошибке! Но это ничего не меняло — мы допили чай и тепло простились.

"Мы были абсолютно разными людьми"

— Гуля, почему вы решили поступить на архитектурный факультет? Решили пойти по стопам отца?

— Нет. Дело в том, что мои родители разошлись, когда мне было 6 лет. Так что мы росли дружной троицей: я, мама и сестра. Почему я выбрала архитектурный? Это моя детская мечта о красивых городах. После окончания учебы меня "распределили" в один из проектных институтов. Я попала в мастерскую районной планировки — мы должны были рассчитывать развитие районов на 10—15—25 лет вперед. Ну а потом я вышла замуж...

— А вот об этом, если можно, подробнее...

— С первым мужем мы познакомились на курсах иностранных языков для молодых специалистов при ООН. Мне было тогда 25 лет, а ему — 27. Сказать, что он произвел на меня какое-то впечатление, я не могу.

— Значит, вы вышли замуж потому, что было "пора" и "так надо"?

— В определенное время у любой женщины появляется желание создать свое гнездо. Он очень настойчиво за мной ухаживал. Он знал о том, что большой любви с моей стороны нет. Кстати, после первого года совместной жизни я нашла в нем много хороших сторон — обстоятельность, хозяйственность. Но мы были абсолютно разными людьми! Если мне нравилось белое, то ему — черное, мне — куриные крылышки, ему — ножки. А еще он был настолько скрытным человеком, что, даже прожив вместе полгода, я не знала, где он работает, чем занимается и какая у него зарплата! Мне было неудобно об этом спрашивать.

— С мужем—военным вам, наверно, пришлось помотаться по гарнизонам?

— Он очень много прошел до меня, дослужился до капитана, я его трудных первых шагов не застала. Поэтому наша "служба" была относительно комфортной. Через год после свадьбы мы уехали в Западную группу войск, в Германию. Примерно тогда же я с горечью поняла, что абсолютно не защищена как женщина, как жена... Очень тяжело далась мне Катя. Когда дочка родилась, дня четыре даже врачи не знали, выживет она или нет. Я ее выхаживала несколько месяцев. Это меня Бог наказал.

— За что?

— Раньше я восхищалась спартанскими обычаями, когда слабых детей бросают в пропасть. "Зачем тратить на них время?" — думала я. Но когда у меня родилась такая слабенькая дочка, я каялась, молила Бога, чтобы он меня простил. Я поняла тогда, что какой бы она ни была, я буду любить ее всякой.
...В Германии я кем только не работала! На зарплату мужа прожить было трудно.

— Когда вы вернулись в Россию?

— Через 4 года. По распределению мы попали в Свердловск. Приехали — а там мороз — 35 градусов. Страшно было не то, что щеки замерзали, а то, что они еще и оттаивали! (Смеется) Затем нас перевели в Ростов-на-Дону. Там было хотя бы тепло. Я попыталась превратиться в домохозяйку, но через полгода мне стало невмоготу! Пыталась устроиться на работу по своей специальности, но вскоре поняла, что это вообще убитая отрасль в то время... И потом, за 5 лет я уже выпала из современной архитектуры. Для того чтобы создать свою архитектурную мастерскую, были нужны большие деньги, а у меня их не было.
… Чтобы заработать, я уехала в Москву.

"Он — один, и я — одна"

— В Москву вы отправились уже зная, где будете жить и чем заниматься?

— Одно время я обитала у своего дяди, потом устроилась в общежитие. Одна знакомая еще по Германии женщина предложила мне работу. По роду деятельности получилось так, что мне надо было заходить в Думу. Там мы в 1997 году и познакомились с Геннадием Максимовичем.

— А были у вас к тому времени планы сменить мужа, как-то лучше устроиться в жизни?

— То, что мой муж — не тот человек, которого я мечтаю видеть рядом, я поняла давно. Меня очень угнетала моя незащищенность, необходимость приносить в семью основной доход. У мужа вообще никаких стремлений не было! Если бы он хотел что-то изменить, наверно, он предпринял бы какие-то шаги! Его служба была его верхней планкой. А мне хотелось чего-то большего. Я думала: если я разбираюсь в хороших башмаках, почему я должна покупать себе плохую обувь?

— Вернемся к судьбоносной встрече с Геннадием Максимовичем. Каким было ваше первое впечатление от нового знакомого?

— Спокойный, замкнутый человек.

— И нигде ничего не екнуло, не кольнуло?

— Нет, что вы! Потом, месяца через три, мы встретились по работе. Я выполняла его разные поручения. А потом я попала в сложную ситуацию, когда меня, в принципе, "кинули"... Я растерялась. Дня через три Геннадий Максимович спрашивает меня, почему я такая расстроенная. Я ему все рассказала. Он и говорит: "Не переживай. Уходи оттуда. Я помогу тебе устроиться на работу". Так все и началось... Но, как вы думаете, почему я появилась рядом с Геннадием Максимовичем? Он ведь совсем один жил в Москве. И много лет.

— Вы слышали о его романах?

— Ну, наверно, они были, как у любого здорового мужчины. (Смеется) Но я спокойно к этому отношусь: что было до меня — я всем прощаю. (Смеется) Понимаете — мужчина один в Москве, я — одна. Жена к нему не приезжает. За ним никто не ухаживает, никто ему не готовит, никто не смотрит...

— Но, наверно, была какая-нибудь домработница?

— Не было! Он сам себе стирал, сам себе гладил...Конечно, он очень аккуратный, но как мужчина может стирать? Я знаю, что у него не каждый день получалось рубашку сменить. Мужчины ищут в женщине, в первую очередь, мать, которая бы о них заботилась.

— Вы и одежду сами Геннадию Максимовичу выбираете?

— Да. Все покупаю без него. Стараюсь не обременять его хождением по магазинам. Когда он был таким плотным мужчиной, я на него легко покупала в "Большевичке", а сейчас, когда он похудел — стало немного посложнее...

"Никакой романтики и не было"

— Вот вы рассказываете о зарождении ваших отношений, а о романтике — ни слова. Неужели все так и было — по-деловому, сухо, прагматично?

— Тогда романтики не было. Когда мужчина разочаровывается в партнерше и ему встречается очередная женщина, о какой романтике может быть речь? Он уже умудрен опытом, у него много всего было, и никому он не верит, так как многие его подводили и предавали... Какая романтика? И я точно так же подошла к этому. Ни он, ни я не собирались рушить свои семьи. Какие-никакие, а они были наши семьи, и мы боролись за них до последнего. Но в нашей жизни наступил такой этап, когда надо было решить: жить ли нам вместе или как-то эту ложь прекращать. Насколько я могла ему помочь, я помогла. Большего в состоянии нашей разделенности я для него сделать уже не могла. Геннадий Максимович говорил мне: " Гуля, ты зовешь меня в сказку. Но сказок не бывает". На что я ему отвечала: "Это не сказка. Я зову тебя в нормальную жизнь".

— То есть на определенном этапе вы сами стали агитировать его за законный брак?

— Не агитировать, нет. После неудачного первого замужества слово "брак" потеряло для меня свою привлекательность... Просто нельзя было больше лгать. И я сообщила мужу, что у меня появился человек, но что будет дальше — я не знаю.

— Гуля, а когда вы начали встречаться с Геннадием Максимовичем, была ли у вас такая мысль — ну вот, наконец-то, я нашла состоятельного мужчину, с положением в обществе?

— (Смеется.) Геннадий Максимович — человек НЕ состоятельный! Мы жили с ним на зарплату. Мало того, когда мы с ним познакомились, я часто свои деньги тратила на нашу совместную жизнь. У меня были сбережения от Германии, а я ведь еще и бизнесом занималась... Положение в обществе? А что такое положение депутата? Сегодня он депутат, а завтра — нет.

— Что у вас была за свадьба?

— В субботу утром мы заехали в загс и расписались. Потом пошли на работу. Я была в голубом пиджаке, а он — в светлом костюме. Это было в Москве, в начале этого года. До этого мы уже полтора года жили вместе.

— А вечером? Наверно, предприняли поход в какой-нибудь ресторан, позволили себе праздничный ужин?

— Нет... Я даже не помню, что было.

"Я шла впереди и говорила: "Не поздравлять! Не поздравлять!"

— А вам не кажется, что именно эта женитьба подхлестнула Геннадия Максимовича к новым свершениям — в частности, к борьбе за губернаторское кресло?

— Не думаю.

— Общественное мнение традиционно считает "кремлевских жен" своего рода "серыми кардиналами" при облеченных властью мужьях. И чуть ли не они всеми делами заправляют, вершат судьбы подчиненных мужа, строят и рушат политические карьеры... Как вам кажется, не перегибают ли тут палку?

— То, что жены политиков не влияют на своих мужей — этого утверждать, конечно, не стоит. И наши отношения с Геннадием Максимовичем начались не с того, что мы стали мужем и женой, а с того, что мы стали соратниками. Но вот давайте возьмем Раису Максимовну и Горбачева. К чему привело то, что он советовался с этой женщиной? К тому, что они развалили Советский Союз, сдали Родину за понюшку табаку! Да, она была элегантной женщиной, даже создала какое-то ателье, где кремлевские жены одевались соответственно своему статусу, учила их, как вести себя на приемах... Но при всем этом ее советы привели к тому, что нашей страны не стало!Я никогда никому этого не прощу. Для меня это самое большое несчастье в жизни — то, что моей Родины нет. А вот Маргарет Тэтчер всегда действовала в интересах своего народа. На-ро-да, понимаете? Вот с такой женщины можно брать пример.

— К чему вас обязывает ваше новое положение?

— Когда меня первый раз назвали "губернаторшей", я удивилась. Я ведь этого для себя совершенно не хотела. Я люблю работать, делать свое дело, но мне не нужно никакой помпы, шума, чтобы все на меня пальцем показывали. Но определенные правила поведения мое положение мне уже диктует. Если раньше я могла выйти из дома в шортах, то сейчас я уже не могу себе этого позволить... У людей сложился определенный образ жены губернатора, который я не имею права нарушать.

— А вот интересно, как вы с Геннадием Максимовичем провели день выборов и последующую ночь? Наверняка не сомкнули глаз...

— Днем мы отдохнули как никогда. Позволили себе поспать до 10 часов. Потом поехали на избирательный участок. Пока муж с дочкой ходили голосовать, я ждала их в машине. Потом мы навестили наш штаб и отправились в кинотеатр "Россия", после чего пообедали шашлыками в "Бизоне"...Поспали днем и где-то к 10 вечера вернулись в штаб. Кто-то из самых ретивых бросился поздравлять Геннадия Максимовича, а я шла впереди и говорила всем: "Не поздравлять! Не поздравлять!" Ночью мы организовали в штабе небольшой фуршет. И там, помню, я закричала: "Ура! Мы победили!"

— А как свою победу воспринял Геннадий Максимович?

— Вы знаете, он был в ней уверен. В период предвыборной кампании я еще больше в него влюбилась... Он так спокойно себя вел, не реагировал ни на какие нападки. Понимаете, когда у человека душа большая, добрая, он может позволить себе быть великодушным во всем. Вот Иван Петрович не поздравил его с победой. А Геннадий Максимович в 1997 году его поздравлял.

— А в семье вы как-то отметили эту победу?

— Когда? Мы только в полседьмого утра легли спать, а в 10 утра у него уже было первое интервью. РТР, ОРТ... В 14.00 — следующее интервью. В 17.00 — следующее... И так до полуночи.

"Обеды в кремль не ношу"

— Как изменились ваши отношения с тех пор, как ваш муж стал губернатором? Ведь наверняка он стал реже бывать дома, меньше уделять вам внимания?

— Я стала больше по нему скучать.

— А как вы проводите свои дни? Вот сегодня, например?

— Ну, с утра если не интервью, то какая-нибудь встреча... А потом — в химчистку надо съездить, на паспорт сфотографироваться, дочери одежду купить к школе. Да и стирки накопилось... У Геннадия Максимовича много хороших вещей — их нужно стирать только на руках.

— А обеды Геннадию Максимовичу в кремль носите?

— Нет, не ношу. От кремля до нашего дома ехать — 10 минут! Он приезжает А иногда обедать домой.

— В какую школу вы определили дочку?

— Пока еще не определили. Хочу в какую-нибудь... незаметную. Главное — чтобы преподаватели были хорошие. А вы не волнуетесь по поводу того, что успех Геннадия Максимовича как-то отразится на вашей дочери, которая и без того переживает сейчас сложный возраст?
Конечно, я волнуюсь по этому поводу. И часто говорю ей: "Катя, губернатор — это Ходырев, а не ты и не я". Внушаю ей то, что ты — дочь губернатора, означает большую ответственность, а не какие-то привилегии. Я, вообще, очень строгая мама. Даже в московской школе дети из класса дочери говорили: "Самая строгая мама — это у Кати".

— Говорят, во времена "царствования" Склярова его команда во многом состояла из друзей родственников и родственников друзей его жены Марии Владимировны...

— Каково мое влияние на кадровую политику? Я человек в области новый, никого не знаю. Как же я могу участвовать в процессе подбора кадров? Так что это — прерогатива только Геннадия Максимовича.

"Работать пойду обязательно"

— Гуля, если не секрет, вы с Геннадием Максимовичем планируете иметь общих детей?

— Я не хочу отвечать на этот вопрос. Это очень личное.

— Хорошо, а насчет вашего возраста? Кто-то говорит — вам чуть за тридцать, в предвыборную кампанию Геннадий Максимович говорил, что сорок...

— Мне 38 с половиной . Почему говорят, что мне чуть за тридцать? Наверно, хорошо выгляжу. (Смеется.) В последние полгода я поправилась на 10 кг, но если похудею и постригусь покороче — я еще моложе стану!

— Говорят, вместе с вами из Москвы в Нижний переселились и ваши домашние любимцы...

— Нет, мы их пока еще не привезли. У нас в Москве белая кошка и доберман. Обожаю животных!

— Нашим читательницам наверняка интересно, что кушает губернатор на обед? Например, сегодня?

— Зеленые щи. Он их очень любит. Почему только одно блюдо? Так положено по диетологии.

— Ага, а вечером он будет нагонять упущенное днем...

— А вечером будет салат из свежих овощей и зеленый чай с орехами и сухофруктами — очень полезная вещь.

— А как он снимает стресс после трудного дня? Слушает классическую музыку? Смотрит по телевизору футбол? А, может, пьет пиво с воблой?

— Нет, придет, примет душ, поужинает. И на диванчик с газетой — это святое дело. А мы с Катей у него в ногах устроимся, или что-нибудь по кухне хлопочем.

— А как Геннадий Максимович к вашей дочке относится?

— Очень хорошо. Вот такой показательный момент. Я говорю Кате: "Ты когда-нибудь Гену папой назовешь?" Она отвечает: "Ему "папа" не идет". — "А вот если тебя спросят: кто тебе Гена? Что ты скажешь?" — "Как кто? Папа, конечно".

— Гуля, в ближайшие четыре года вы намерены посвятить себя только семье и дому?

— Обязательно пойду работать. Вот только разберусь с делами.

— Сейчас среди политиков и бизнесменов модно открывать для своих жен небольшой, но милый дамский бизнес. Какой-нибудь салон красоты, парикмахерская, оздоровительный клуб...

— Вот, вот... Многие действующие губернаторы хвалятся женами, которые заняты бизнесом. А они подумали, эти жены: если твой муж занимает такое положение, то какой бы ты святой ни была, всегда будет соблазн использовать его положение? Поэтому в ближайшие годы я точно не пойду в бизнес. Зачем мне подставлять Геннадия Максимовича и себя?




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb