2000 год <<

Владимир Вихров: "Усталости от жизни я не чувствую"

Удивительно, но факт: до своего поступления в театральное училище Вихров закончил ...авиационное. А вот музыкальное бросил буквально за несколько месяцев до диплома. С тех пор успел: жениться на актрисе Нине Славинской, сменить 3 театра, побывать депутатом, получить звание народного артиста России, дважды заступить на должность директора драмтеатра. Уже 26 лет возглавляет нижегородский Союз театральных деятелей (СТД). Подавал надежды как певец, но... Петь любит до сих пор. Любимый курорт - Сочи.

"Или сцена, или директорское кресло"

- Владимир Валентинович, в этом году вам исполняется 75 лет. Что наиболее запоминающегося случилось с вами за этот немалый срок? Что было в вашей жизни интересного?

- Самое интересное - это молодость. Вспоминаю о ней ностальгически. В молодости думаешь, что у жизни не будет конца. А сейчас, когда видишь, что многие из друзей там, на том свете... 25 лет назад у нас была встреча выпускников нашего курса театрального училища. Тогда еще многие были живы... А сейчас Леонид Белявский (главный режиссер театра драмы - Т.С.) говорит мне: "Давай соберемся. Может быть, в последний раз. Полвека ведь с нашего выпуска прошло". А я подумал: "А с кем встречаться? Уже почти никого нет". Ужасно. Поэтому невольно задаешь себе вопрос: жизнь, в общем-то, завершается, а что хорошего ты сделал? В моей жизни было много и хорошего, и плохого. Но самое плохое - это то, что жизнь прошла.

- Вы чувствуете усталость от жизни?

- Слава Богу, пока еще нет. Конечно, подводит иногда здоровье... Недавно жена приехала из Москвы. Там она смотрела "Слугу двух господ" в исполнении Итальянского театра Стрейлера. Спектакль был поставлен в 1948 году. Но что поразительно, с 1948 года Труффальдино до сих пор играет один актер, хотя ему уже 74 года! Выделывает черт те что: немыслимые кульбиты, ходит на голове, на руках... Я тоже еще играю в некоторых спектаклях, хотя это уже довольно тяжело, особенно там, где есть пение и танцы. Но такого ощущения, что все, пора заканчивать, еще нет. Слава Богу.

- Вам никогда не казалось, что вы что-то упустили, потеряли, когда отошли от актерской деятельности и взялись за административную работу?

- Наверно, что-то потерял. Я ведь уже второй раз директор! Первый раз был в 1972 году. Когда умер директор театра, меня - секретаря партийной организации - вызвали и сказали: "Будешь директором". А я в репертуаре тогда был безумно занят. При норме 20 спектаклей в месяц я играл в тридцати! "Как же я смогу совмещать?" - сказал я. - "Это же невероятно сложно!" "Поможем", - сказали мне. Попробовал. Через некоторое время меня опять вызвали и сказали: "Вам надо как-то определиться: или сцена, или директорское кресло". Я отказался от директорства. Но мне кажется, тогда возглавлять театр было легче: не надо было думать о материальной стороне. Но, с другой стороны, была идеологическая зависимость: тебя постоянно одергивали, говорили, это нельзя, это не пойдет, это убрать, этот спектакль снять... В 1989 году меня опять попросили стать директором театра. Хотя бы временно. Вот с тех пор временно и сижу. Но и сейчас, когда играю в спектаклях, я понимаю: вот что главное в моей жизни!

"Евстигнеева в "драму" не взяли"

- А у вас никогда не было зависти к более талантливым коллегам?

- Только хорошая зависть! Но все равно: честолюбие есть у каждого человека. Поэтому многие актеры не любят играть с дублерами, боятся, что "напарник" его "переиграет". Но для одного из актеров эта роль все равно ближе, и получается она у него лучше. Поэтому, если я вижу, что мой дублер делает что-то не так, я не буду ему об этом говорить. А сам сыграю лучше. Я играл с очень хорошими актерами. Одну из первых ролей - в 1960 году - Вронского играл с Владимиром Самойловым. Я понимал, что, внешне я, может быть...хотя у Толстого Вронский - небольшого роста, лысеющий, такой настоящий мужик. Когда я смотрел, как играет Самойлов, понимал, что никогда так не сыграю. Хотя мой Вронский многим нравился, даже из МХАТа приезжали, видели мою игру и хвалили, даже письмо режиссеру написали. А потом на гастролях в Одессе мы с Самойловым поругались из-за этой роли. И он вообще отказался ее играть! А Анн Карениных было две - Суслова, с которой я всегда играл и Невструева, жена первого секретаря обкома партии. Я был значительно моложе ее. А тут мне пришлось играть еще и с ней. Я помню, как она затягивалась в корсет, и я, обнимая ее, это чувствовал... Она стеснялась, я стеснялся...

- Говорят, вы как-то совершенно экстравагантно попали в музыкальное училище...

- А дело было так. Как-то мы, первокурсники театрального, шли мы с друзьями по улице Фигнер. Были немножко навеселе. А в музыкальном шли экзамены. Окна были открыты. Мы остановились и слушали. А потом мне ребята говорят: "Что они там как поют? Вот у тебя голос - это да! Спой-ка им что-нибудь". И мы вошли прямо на экзамен! И мои друзья прямо так и заявили экзаменатору - знаменитому басу Вепринскому (о нем еще Шаляпин когда-то писал, как о талантливом молодом певце): "Тут у нас есть человек, который очень хорошо поет". Он говорит: "Ладно, пусть споет". Я как сейчас помню, спел "Море шумит" Мокроусова. Меня просто уговорили учиться в музыкальном!

- Но, говорят, вы его так и не закончили?

- Не доучился несколько месяцев. Как закончил театральное, меня сразу же пригласили в драмтеатр. Сразу же сказали, что учебу и работу я совмещать не смогу, будет много репетиций, буду занят в массовках... Но самое смешное, что когда в драмтеатр отбирали актеров, Евстигнеева не рассмотрели! Набрали высоких, красивых, фактурных актеров. А Евстигнеев в ту пору уже лысел... А через месяц моей работы в "драме" мне показывают письмо о том, что обком партии направляет меня в ТЮЗ. Я говорю: "Я ненавижу ТЮЗ! Это не моя стихия!" На что мне показали подпись секретаря обкома...

- Неужели партийные боссы настолько бесцеремонно вмешивалась в творческую жизнь?

- Абсолютно бесцеремонно. Я оказался в ТЮЗе. А потом в 1956 году, когда вышло постановление, что можно уйти в другой театр, я оттуда ушел.

- Получается, актеры тогда были кем-то вроде крепостных, были "приписаны" к определенному театру и не имели права его менять?

- Настоящие крепостные! Уйти было невозможно. Только в другой город. Я уже даже собирался в Симферополь. Но тут театр комедии получил здание на Маяковке, и мы с женой решили, что я пойду туда.

"Немцов целовал ручку Ольге Береговой"

- Вы встречались со многими интересными людьми. Кто из них оставил о себе неизгладимое впечатление?

- Для меня всегда эталоном актера и гражданина был Михаил Ульянов. Я всегда удивлялся его гражданской позиции, человеческим качествам. Одно время он был председателем Союза театральных деятелей (СТД).

- Кстати, если уж мы об этом заговорили... Некоторые недовольны тем, что вы возглавляете нижегородский СТД вот уже 26 лет. Кое-кто говорит, что вы и устав переделали под себя.

- Нет, я устав не переделывал. Мы его переделали для Ульянова. Раньше в уставе было ограничение - эту должность можно было занимать только 2 срока, каждый по 2 года. Но перед съездом мы собрали пленум и сняли это ограничение. Только бы он остался. Но Ульянов все равно отказался. Сейчас этот пост занимает Александр Калягин, но, как говорят в Одессе, он и Ульянов - это две большие разницы...

- Некоторые находят, что у вас есть талант находить особый подход к власть предержащим...

- Да, я никогда ни с кем особенно не конфликтовал. Были периоды, когда что-то не разрешали, я спорил, но в итоге мы находили общий язык. Я давно, еще до того, как он стал губернатором, знаком с Немцовым. Он театр не любил. За все время в театре я его видел только один раз - на спектакле "104 страницы про любовь". Он даже остался на банкет, где целовал ручку Ольге Береговой и приглашал ее на танец. Помню, когда он стал губернатром, я спросил у него, каковы его приоритеты. "Накормить людей,"- ответил он. "А культура?" "Ну, а потом будем смотреть," - ответил он. Кстати, Скляров, когда был мэром, ходил в театр, а сейчас почему-то перестал.

- Дела, дела...

- Но, тем не менее, ходят же все они на футбол, хоккей, теннис! Я же вижу это по телевизору! Обидно, потому что я знаю, что Константин Титов, губернатор Самарской области, не пропускает ни одной премьеры. А если у него вдруг заседание в Совете федерации, то он обязательно приезжает на следующий спектакль.

"Чтобы играть любовников, надо влюбиться по-настоящему"

- Один-единственный брак - такое в актерской среде встречается нечасто. А вы со своей супругой так давно вместе...

- Да, уже почти 50 лет. А в училище мы с Ниной Славинской совсем не обращали внимания друг на друга. У каждого была своя пассия. А потом, в ТЮЗе, мы играли любовиков, ну и... Для того, чтобы убедительно играть любовь, надо влюбиться по-настоящему.

- Как раз говорят,что если актеры влюблены, они плохо играют любовь... Это даже описано в фильме "Театр" по роману Моэма...

- Неправда. Говорят, когда Станиславский ставил "Анну Каренину", и у Тарасовой с Прудкиным что-то не получалось, он подходил к ним по очереди и говорил что-то хорошее друг о друге. Почему мы с Ниной так долго вместе? Наверно, потому, что мы очень разные. Она - моя прямая противоположность. У нее - активный, жесткий характер. У меня этого нет.

- Жена вас держит в ежовых рукавицах?

- Ну, может быть, и так.

- То, что ваш сын пошел по актерской линии - это вам кажется закономерным?

- Он до десятого класса театром вообще не интересовался, даже не ходил. У него были способности к языкам, и мы готовили его в иняз. И тут он заявляет: "Пойду в театральное училище" Я удивился: "В какое? В наше? Ни за что!" Я в то время там преподавал, и знал, что люди будут говорить, что мой сын поступил "по блату"... Поэтому я ему сказал: "Езжай поступать в Москву. Сдашь - твое дело, не сдашь - пойдешь в иняз". Сдал. Сейчас он много работает на озвучке - каждый день его по двум каналам слышу.

"Дед демонстративно разбил бюст Ленина"

- Когда я расспрашивала людей о вас, никто не сказал мне ничего определенного о ваших увлечениях. Они у вас вообще есть?

- Никаких особых увлечений у меня нет. Была одна страсть - к машине, но ее угнали. У кого-то страсть к путешествиям, дачам... А мне давай дачу хоть бесплатно - никогда, ни за что не поеду!

- Я смотрю, вы много курите...

- К сожалению, не могу бросить. А начал курить в театре, в возрасте 32 лет. Играл разведчика в спектакле, а он там постоянно курит. Но делал я это настолько неумело, что мне сказали: "Володя, ты или кури, или не кури. Видно, что ты просто пускаешь дым." И я стал учиться. Спектакль шел долго. И со временем я почувствовал, что чего-то мне стало не хватать.

- Я слышала, у вас какие-то благородные корни...

- Да, дед был из дворян. Обеднев, женился на богатой купчихе. Никогда не забуду один случай, которому стал свидетелем еще мальчишкой. Для видимости у деда в гостиной стоял бюст Ленина. И как-то он сказал: "Вот кто разрушил нашу жизнь!" и со всей силы бросил его об пол. Это было в 1936-37 году. - Дерзкий по тем временам поступок. "Продолжения" не последовало? - Поскольку присутствовали при этом одни только родственники, никто об этом не узнал. Но даже мое происхождение не помешало мне вступить в партию. И я всегда был абсолютно уверен в правильности ее курса. Кем я только не был - и членом райкома, и членом горкома, и членом обкома партии! И считал, что все это очень нужно, правильно и верно.

- Так что же было для вас важнее: творчество или партийная работа?

- Творчество, конечно, важнее. Творческая работа приносит удовлетворение, а административная -очень редко. В основном тебя все только ругают. А сколько это стоит нервов - ходить ко всем и просить, просить, просить...

- Последний вопрос: Владимир Валентинович, как вам кажется, жизнь удалась?

- Вот тоже вопросы задаете... (думает) Что-то удалось, что-то нет. Сказать, что вот, мол, так я и мечтал прожить жизнь, я не могу. Мы все представляли свое будущее чуть-чуть другим. Но я радуюсь тому, что сделал что-то не только для себя, но и для других. Жизнь, прожитая для себя - это зряшная жизнь.




Copyright © 2008-2016. Татьяна Кокина-Славина (Таня Танк). Все права защищены | Memory consumption: 2.5 Mb